Заноза для мажора

Пытаюсь ни о чем не думать, но все равно думаю. Бесполезные установки. Это как сказать: не представляй зеленую корову. И воображение такое: о, ща, погодь.

Вот и сейчас блаженная пустота отказывается поселяться в миниатюрную черепную коробочку, забитую таким хламом, что от усилий начинают ныть виски. Отвлекаюсь лишь когда с той стороны запертой двери женского туалета вежливо стучат.

— Эй, ты там в унитаз не провалилась на эмоциях? — слышу голос Дениса.

Блин.

— Да иду я, иду, — торопливо поправляю слегка поплывший макияж, убеждаясь, что реклама не обманула и тушь правда водостойкая, и с нейтральным покерфейсом покидаю укрытие.

 — Что, без меня к десерту велено не приступать?

— Все норм? — проницательно всматриваются в меня.

— А то как же. Высший разряд.

— Тогда почему глаза красные?

— Да у них передоз от твоей смазливой мордашки. Слишком много и слишком часто.

— Пускай привыкают. Это только начало.

— Что, не наигрался еще с тамагочи?

Брови Волкова хмурятся, собираясь на переносице.

— Поясни.

— Лучше ты. Объясни, зачем я здесь? Что ты хотел мне показать? Как выглядят нормальные семьи? Спасибо за экскурсию, но я как бы и так в курсе.

Видела на картинках.

— У тебя поразительная способность искажать все до состояния маразма, — очень спокойно, а что главное, непривычно терпеливо отвечают мне. Без ерничества и подстебываний. — Ты здесь, потому что я хотел, чтобы ты была здесь. Со мной. Потому что мне это важно.

Важно ему. Ладно. Не спорю, вот на этом моменте правда екает. Не первый раз, между прочим.

— Вот когда ты отключаешь балагура, я даже начинаю тебе потихоньку верить, — признаюсь я.

— То есть, чтобы быть с тобой мне нужно превратиться в унылое скучное говнецо?

Оу.

— Да нет же. Просто…

— Просто кое-кому легче найти десятки причин, чем признать, что я тебе и так уже нравлюсь.

Эээ… Стопэшечки. Как мы так резко перескочили абсолютно на другую тему?

— Это здесь при чем?

— При всем, Волкова. При всем. Ты недоверчива, закрыта и недоступна. Живешь в ледяном дворце, который сама же выстроила и наотрез отказываешься пускать меня через порог. Только дело вовсе не в том, что это я такой вот легкомысленный засранец. Все здесь, — меня импульсивно постукивают в лоб укоряющим перстом. — Причина в целом списке комплексов, что в тебя посадили задолго до меня.

Отсюда проблемы. Отсюда страхи. Поэтому ты меня отталкиваешь. Потому что боишься.

— Боюсь чего? — чувствую как внутренности сжимаются в болезненном спазме. — Отношений?

— Довериться, но оказаться снова брошенной."

"— Какой ты молодец, — стараюсь не подавать вида, но попадание угождает точно в цель. Выстрел с положения лежа четко в яблоко во рту у запеченной свиньи на праздничном столе. А запеченная свинья, походу, я. — Все расставил по полочкам.