Знак Истинного Пути

– Побыстрей, и ты еще сможешь заслужить прощение, – произнес Данила почти шепотом. Но он знал, что человек, сидящий перед ним на корточках, его прекрасно слышит.

– Прощение… – протянул тот, внимательно глядя на Учителя. – Нет, Данила, не видать мне прощения. Я тех девочек каждую ночь вижу, все прощение пытаюсь у них вымолить, а они его не дают. Понимаешь? Не хотят меня прощать.

Мужчина опять как бы всхлипнул и поднял руку. В солнечных лучах блеснуло длинное широкое лезвие.

– А ты… ты иди к ним, иди, – неожиданно спокойно проговорил он. – Попроси у них прощения сам. У всех.

Данила попытался заслониться, но не успел. Лезвие вошло в левый бок, и он закричал от страшной боли.

– Смотри-ка… ты все не умираешь… – донесся до него шепот. – Правильно, дьявол – он живучий. Живучий…

Данила почувствовал, как его переворачивают на спину, как горячая рука хватает его за подбородок и тянет зачем-то вверх.

Мужчина перекрестился рукой с ножом, глядя на солнце за окном.

– Господи, прости, – прошептал он. – Не могу больше… Прости.

Потом наклонился и резко провел ножом по горлу Данилы.

Глава 15

– Эдуард, откуда он взялся? Вы его знали? – спросил Макар, глядя на Эдика."

"Они сидели после похорон в гостиной. Все зеркала в доме были занавешены, цветы убраны, но здесь, в гостиной, не было ни зеркал, ни пустых ваз, и на секунду можно было представить, что ничего не случилось за последний месяц. Что в массивном кресле сейчас появится Игорь Сергеевич Бобров, а на диван присядет, исключительно прямо держа спину, Евгения Генриховна. Но на диване сидели Наташа с Эдиком, держась за руки, а в креслах расположились Бабкин с Илюшиным. Алла Дмитриевна и ее супруг исчезли куда-то сразу после поминок, Мальчик Жора, как и Ольга Степановна, не появлялись даже на похоронах. Тимошу Наташа с утра отвела в садик, и сейчас во всем особняке были они одни.

– Так вы его знали?

Макар подумал, что Эдуард Гольц держится неплохо после такого удара, как смерть матери. Хотя еще вопрос, что его потрясло больше – то, что она погибла, или то, что похитила его сына. То есть не сына, а племянника. Хотя в тот момент вообще-то сына…

– Знал, – вздохнув, ответил Эдик. – Это очень давняя история. Когда-то у мамы была подруга, Ирина Волейчук, а у той был сын. Борис попал служить в Афганистан и вернулся оттуда… вернулся конченым человеком. Тетя Ира показывала его психиатрам, ему прописывали какие-то лекарства, но ничего не менялось. Она как-то раз говорила, когда была у нас в гостях, что Боря стал пустой внутри. Да, я хорошо запомнил, так и сказала – что он стал пустой внутри. Тетя Ира думала, что хуже уже быть ничего не может, но потом Борис сел на иглу, и у нее в доме начался кромешный ад.