Знак Истинного Пути

Высокая, очень худая, с висящими по бокам заостренного лица черными волосами, она напомнила девушке дохлую ворону, которую та как-то в детстве нашла в бабушкином саду и почему-то страшно ее испугалась. Испугалась настолько, что расплакалась, и дед успокаивал ее, гладя маленькой сухой ладонью по спине, пока она не перестала заикаться от слез. Она так и не сказала родным, что перепугало ее, но сейчас, идя рядом с Безымянной, отчетливо вспомнила тот случай.

Подумав об этом, девушка внезапно поняла, почему она не хочет разговаривать ни с кем из своих попутчиков. Дело было вовсе не в торжественности молчания.

Просто они ей не нравились. Никто. Ни один из них.

Изба оказалась очень просторной и чистой. Молчаливый бородатый хозяин, которого Данила назвал Андреем, четверых Безымянных оставил в доме, а остальных отвел в большую пристройку на заднем дворе. Там вдоль стены стояли длинные узкие кровати, видимо, соструганные самим хозяином, и на каждой лежало шерстяное покрывало.

– Так, одному не хватает, – хмуро сказал Андрей, пересчитав Безымянных. – Кто нынче на сене спать будет?

– Ой, а можно мне? – встрепенулась девушка.

Хозяин обернулся, смерил ее взглядом и кивнул.

– Ладно, только чур не орать ночью, если что. Ну там, шорох мышиный услышишь или, может, что другое…

– А что – другое? – с интересом спросила она, начиная догадываться, почему Данила попросил ее спать на сеновале.

– Сама увидишь. Ну, пойдем.

Когда они вышли во двор, хозяин неожиданно попросил:

– Послушай, добеги до баньки, скажи хозяйке моей, что гости прибыли. А я пока тебе приготовлю все."

"Девушка не поняла, что можно готовить на сеновале, но послушно пошла к маленькому строению с одним светящимся окошком далеко в огороде. Поблизости переругивались собачонки, и на дальнем конце села какой-то пес отвечал им злым басовитым рыком.

– Хозяюшка, – позвала девушка, подойдя к бане.

– Ай? – отозвался из предбанника низкий женский голос.

– Вам Андрей просил передать, что гости у вас.

– А-а, паломники-то? Иду я, сейчас иду. Выхожу уже.

Девушка поспешно зашагала обратно, глядя под ноги, чтобы не споткнуться на тропинке, и чуть не врезалась в самого хозяина.

– Куда торопишься-то так, прыткая? Ну, сказала?

– Сказала. Она говорит, что уже выходит.

Андрей завел девушку в сарай, щелкнул выключателем на стене, и тусклая лампочка осветила деревянную лестницу, ведущую под крышу.

– Забирайся. – Он сунул ей в руки одеяло.

– Спокойной ночи, – пожелала она, с любопытством оглядываясь вокруг.

– И тебе того же.

Дождавшись, когда она поднимется, он крикнул снизу:

– Ну что, готова?

– Да, спасибо.

Щелкнул выключатель, проскрипела дверь, и она осталась одна. В кромешной темноте.