Золушка в шоколаде

Представь теперь лицо Кучкина, когда он однажды утром с балкона второго этажа своей дачи решил полюбоваться «плантацией». С юмором парни попались, корнеплоды зарыли по науке, но высадили их в виде пятиконечной звезды. Наверное, стервецы не один час потратили, пока правильно ряды вскопали. То-то генералу радость, даже картошка у него из земли звездой прет!

Мы с мамой засмеялись, а потом я спросила:

– А что такое дембельский аккорд? Солдаты играют на пианино?

Папа прижал меня к себе.

– Ступай спать, Фросенька,[3] незачем тебе разговоры взрослых слушать…

– Дзынь, – долетело до уха.

Я вынырнула из воспоминаний. Похоже, буянка вернулась в зал и принялась вновь колотить бокалы. Дорого обойдется ее кавалеру поход в ресторан…

– Дзынь, – снова прозвучало от окна.

И тут в поле моего зрения оказалась блондинка, мирно шагающая по коридорчику. Минуточку, а кто же тогда бьет посуду?

– А-а-а-а! – завопила капризная девица, кидаясь к своему мужику. – Леша… та-а-ам… смотри-и-и…

Палец, украшенный массивным перстнем с фальшивым бриллиантом, ткнул в сторону столика, за которым находились Ирина Львовна и Василий. Я повернулась и… вскочила, уронив стул.

Мячина и ее собеседник лежали головами в тарелках. Руки Ирины безвольно болтались, а ладони Василия покоились на столе. На белой скатерти медленно растекались два темных пятна, а в огромном стекле витрины, напротив их столика, виднелись две дырки с лучиками трещин. Тут только до меня дошло: сейчас никто не бил посуду, с улицы стрелял киллер.

– А-а-а-а! – продолжала на одной ноте выводить перепуганная блондинка.

Толстяк попытался обнять спутницу, но та, не закрывая рта, бросилась на улицу. Через второе, целое окно было видно, как у кафе начал останавливаться народ.

– Немедленно успокойте ее, – отдал приказание очнувшийся от шока метрдотель, – нам такой пиар не нужен. Заприте дверь, повесьте табличку «Закрыто на обслуживание банкета». Звоните в «Скорую». Не стойте столбами, действуйте!

– Тут, Игорь Сергеевич, медики не помогут, – вполне спокойно сказал охранник, – милицию звать следует.

– Вдруг они живы? – с надеждой спросил метрдотель. – Нет, ментам, конечно, тоже сообщить придется, но доктора сию секунду надо.

– Покойники они, – равнодушно продолжал секьюрити, – я в Чечне служил, насмотрелся там. Снайпер стрелял, высокого класса. Снял их, как белок – в глаз попал, чтобы шкурку не портить. Небось кто-то из наших работал. У нас такие спецы были! Думаю, вон оттуда, из соседнего дома, бил, больше просто неоткуда.

И тут официантка, оглушительно завизжав, бросилась в кухню.

– Антон, заткнись, – нервно перебил охранника распорядитель, – разболтался тут!

Толстяк, швырнув на стол несколько крупных купюр, быстрым шагом пошел к выходу, я последовала за ним.