Золушка в шоколаде

Пришлось Свете клеить обои и белить потолок. Но недолго Митя радовался чистоте. Василия посадили в тюрьму. Дали, правда, немного, и он скоро вернулся, но Олимпиада окончательно утонула в водке. Она продала все, что можно, а когда добралась до мебели, Митя исчез. Никто так и не узнал, куда подевался бойкий мальчик.

Глава 20

– Ну и как тебе мой рассказ? – осведомилась Алевтина Петровна. – Хороша у кавалера биография? С виду-то Вася красавец!

– А где он сейчас живет?

– Снова здорово! Специально же рассказала, чтобы ты поняла: Василий – уголовник и врун, – возмутилась бывшая докторша.

И тут из открытого окна полетели крики. Алевтина подскочила к распахнутой раме. Я последовала за ней.

По большой площадке медленно бродили люди, одетые в разноцветные спортивные костюмы. Один мужчина сидел на земле и, вырывая пучки чахлой травы, выл сиреной:

– О-о-о-о!

От желтого корпуса бежали две женщины в белых халатах. Очень быстро они преодолели небольшое расстояние и склонились над несчастным. Одна стала ласково гладить больного по голове, другая ловко, прямо через одежду, сделала укол.

– Ему плохо? – спросила я.

Алевтина Петровна вскинула брови.

– Да нет, просто он возбудился.

– А по какой причине?

– Кто ж знает, – грустно ответила она. – Как говорится, не дай мне бог сойти с ума, нет, лучше посох и сума.

– Следовательно, где Митя, вы не знаете? – попыталась я вернуться к основной теме разговора.

– Я не интересовалась мальчиком.

– А где живет Василий?

Алевтина Петровна встала.

– Найди себе другого. Пойми, уголовник был тут последний раз месяцев шесть тому назад. Уж не знаю, зачем прикатил, только пробыл недолго, с полчаса у бабки провел и уехал. Я тебя понимаю, он парень красивый, молодой, небось конь в кровати, но лучше от такого подальше держаться. Ясно? Больше мне сказать нечего.

– Может, Олимпиада в курсе?

– Ну ты и настырная! – восхитилась Алевтина. – Липа совсем без ума и пьяная всегда. Если трезвеет, то связных слов от нее не жди, с Райкой Клюквиной они близняшки. У той и фамилия соответственная – Клюквина, вот и клюкает.

Неожиданно в голове заворочались смутные воспоминания: «Клюквина клюкает…» Кто, где и когда говорил мне эту фразу?"

"– Вдвоем они поддают, – продолжала тем временем Алевтина Петровна, – и от обеих внуки удрали, от Раисы Олечка вон подалась. Хорошая такая девочка, тихая, аккуратная, все бабушку просила: «Не пей, пожалуйста!» Только разве Райку остановить? Ей и в голову не приходило внучку послушать. Золотая девочка мерзавке досталась. Ей-богу, усомнишься в генетике! Мать квасила без устали, отец такой же, и оба они сгинули невесть где, бабка Раиса с волосами проспиртовалась, а внучка умница, на одни пятерки училась. Ее здесь все Лапочкой звали.

– Как? – подскочила я.