Звёздный взвод. Книги 1-17

Уничтожив девятнадцать судов тварей, флот людей потерял лишь девять легких крейсеров и четыре эсминца. Без сомнения, это результат успешного маневра. Чужаки оказались в ловушке и атаковались сразу с трех направлений. Сейчас ситуация совершенно иная. Дважды одну и ту же ошибку враг не допустит. Лидер насекомых наверняка в ярости и жаждет реванша. Что русич сможет противопоставить захватчикам?

Перекличка ужасала. Четыре тяжелых крейсера, пятнадцать легких и шесть эсминцев. Но дело даже не в количестве. Половина кораблей имела столь серьезные повреждения, что едва-едва поддерживала собственную систему жизнеобеспечения.

В сражении от них будет немного толку.

Доклад Меркуса и вовсе шокировал Олеся. Из шестнадцати орудий станции уцелели лишь семь. На «Альфе-2» оказалась выведена из строя система навигации, дальнего обзора и одна двигательная установка. Поворот базы вокруг своей оси замедлился на пятьдесят процентов. До сих пор на двенадцатом и тринадцатом этаже бушевали пожары. Количество погибших перевалило за три сотни. В ряде секторов произошла разгерметизация. А правый верхний угол просто перестал существовать.

Взойдя на мостик, Храбров взглянул на центральный экран. На него внимательно смотрели десятки тасконцев и аланцев.

— Господа, — негромко произнес землянин, — вы славно дрались. Мне не к кому предъявить претензии. Однако до победы еще далеко. Увы, до нее доживут не все. Приближается опасный враг. Надо достойно встретить горгов. Умирать за Родину не страшно. Это честь для любого солдата. Так пусть же потомки гордятся вами!

Выдержав небольшую паузу, Олесь скомандовал:

— Тяжелые крейсера занимают позицию возле «Альфы» с четырех сторон.

«Сондор» — вверху, «Кронос» — слева, «Сервет» — справа, «Честер» — снизу. Легкие крейсера прикрывают фланги. Группа эсминцев базируется чуть сзади. Главная задача — не допустить прорыва противника в тыл флота. И да поможет нам бог!

Ни одной шутки, ни одной реплики, ни одного возражения. Серьезные, сосредоточенные лица, уверенные смелые взгляды. И только в глубине глаз пряталась грусть и обреченность. Каждый понимал, что идет на смерть."

"Время текло безжалостно и неумолимо. Корабли неторопливо занимали свои места.

Через десять минут перегруппировка завершилась. Лазерные пушки смотрят на захватчиков, двигатели работают, броневые листы опущены. В зале царила такая тишина, что порой собственное дыхание казалось грохотом водопада. Про сердце и говорить нечего. Оно стучало как заводской пресс.

— До горгов четыре с половиной минуты! — доложил наблюдатель.

— Сколько их? — уточнил русич.

— Двадцать два судна, — ответил капитан.

— Черт подери, — вымолвил Храбров, — а эсминцы неплохо потрепали чужаков.