Звёздный взвод. Книги 1-17

Члены высшего органа власти могут его неправильно понять.

Смерть Эрвила и Таунсена внесла коррективы в работу Совета. Введение же чрезвычайного положения в столице и вовсе выбило многих из колеи. Закулисные переговоры представителей планет не прекращались ни на минуту. Самурай сохранял абсолютное спокойствие, хотя прошло уже три часа. Русич поражался выдержке товарища. Тино, как ни в чем не бывало, продолжал поглощать деликатесы. Складывалось впечатление, будто японец приехал в дом Правительства только для того, чтобы полакомиться блюдами местной кухни.

Между тем, наступило время обеденного перерыва. Зал ресторана быстро заполнялся. Понизив голос, чиновники обсуждали события сегодняшнего утра. То и дело аланцы и тасконцы поглядывали на странную парочку. Вряд ли присутствие здесь землян — обычная случайность.

— Сколько шума из-за двух покойников? — снисходительно заметил Аято.

— Они занимали высокий пост в государстве, — сказал Олесь. — Вершили судьбы людей. Их смерть всколыхнула общество. Граждане Союза в очередной раз осознали свою беззащитность."

"— В том-то и дело, — с горечью проговорил японец.

 — Если мерзавец богат и знаменит, о нем трубят все каналы, журналисты бегают сзади, как собаки на поводке. Обычный, хороший человек никому не интересен. Гибель сотен случайных прохожих во время террористического акта превращается в статистику. Разве это справедливо? Кто вспомнит Линду Салан, Пола Стюарта, Жака де Креньяна? А ведь их вклад в создание сильной звездной державы гораздо больше, чем у Кайла Эрвила и Торна Таунсена. Нездоровое любопытство и зависть — вот, что движет людьми. За внешним проявлением сочувствия скрывается торжество и злорадство. Еще два чиновника, стоявшие на вершине иерархической лестницы, оступились и упали.

— У человечества много пороков, — возразил Храбров. — Устраивая пресс-конференцию, вы лишь раздували низменные чувства обывателей. Изменить в одночасье общественную мораль невозможно.

— Значит, ее следует направить в нужное русло, — вымолвил Тино.

Самурай хотел еще что-то добавить, но осекся. Залпом допив вино, Аято произнес:

— Дарл. Судя по взволнованному выражению лица, заседание Совета началось.

Русич невольно обернулся. Тасконец быстрым уверенным шагом приближался к их столику. Ничего особенного в поведении капитана Олесь не заметил. Офицер абсолютно спокоен. Впрочем, японец редко ошибается. Эмоциональное состояние человека Тино определяет очень точно. Взглянув на почти полностью опустошенную бутылку и горку вскрытых раковин, Дарл с улыбкой сказал:

— Вы неплохо отдыхаете. Искренне завидую.

— Присоединяйся, — бесстрастно проговорил самурай, прикладывая палец к специальному устройству.