Звёздный взвод. Книги 1-17

Шансы на спасение минимальны. Вырваться из Боргвила будет необычайно сложно. Минули только сутки, а из отряда в двадцать человек уцелели лишь семеро.

Закрыв глаза, устало дремали Унгвар и Костидис. На одежде землян были отчетливо видны желто-зеленые пятна крови убитых тварей.

— Олесь и Мануто, проверьте трубу, — приказал самурай. — Располагаемся на ночлег. Оливийцы уверены, что мы мертвы и искать не станут. Другой возможности отдохнуть наверняка не представится. Завтра трудный день. Где-нибудь обязательно наткнемся на мутантов.

Храбров и Дойл двинулись в противоположные стороны.

Пройдя метров триста, русич вернулся назад. Отрицательно покачав головой, юноша показал, что опасности нет.

Вскоре появился и чернокожий гигант. Тоннель оказался пуст.

Олесь невольно взглянул на часы. Стрелка указывала на полночь. Время до восхода Сириуса еще есть. Впрочем, в подземелье лучи белой звезды не проникали. Храбров повернулся на бок, крепко сжал рукоять меча и закрыл глаза.

Юноша почти сразу провалился в бездну сна. Яркий свет, сине-зеленое бездонное небо, ярко-оранжевые барханы пустыни Смерти, уходящие за горизонт.

Какое величие бесконечности! Русич сделал несколько шагов и изумленно замер. Что происходит? Ведь мгновение назад он находился в темных, узких коммуникациях Боргвила. Где друзья?

Олесь поспешно обернулся. Позади него находились Развалины огромного города. Среди домов мелькали неясные силуэты. Сосчитать людей не удалось. Фигуры то исчезали, то появлялись вновь.

Неожиданно мощная неведомая сила увлекла Храброва. Юноша оторвался от поверхности и полетел на северо-восток. Путешествие длилось недолго. Из-за высокой дюны показался внушительного размера оазис.

Сотни домиков, палаток, роскошный сад, в центре — маленький пруд с чистой прозрачной водой.

Русич почувствовал, как пересохло горло. Пить хотелось ужасно, но Олесь пересилил жажду. Храбров приближался к группе местных жителей.

В этот момент свет померк. В густом липком мраке юноша увидел Конзорский Крест. Он словно парил в воздухе. Играя и переливаясь драгоценными камнями, оливийская реликвия медленно удалялась от русича. Как Олесь ни старался, дотянуться до нее не сумел.

Больно ударившись головой о каменную стену, Храбров проснулся и сел.

Вот она, реальность. Бастен прохаживается чуть в стороне, Мануто, поджав ноги под себя, с равнодушным видом смотрит в темноту тоннеля. Рядом с юношей расположился Аято. Опираясь на локоть, японец с интересом наблюдал за русичем.

— Ты когда-нибудь спишь? — раздраженно вымолвил Олесь, потирая ушибленное место.

— Конечно, — улыбнулся Тино. — Но когда тебя дергают за волосы, поневоле вскочишь.

— Извини, — немного успокоившись, проговорил Храбров.