Звёздный взвод. Книги 1-17

Минут через пять земляне достигли вершины. К удивлению русича, борги находились всего в тридцати метрах от воинов. Оливийцы словно ждали врага.

В воздухе раздался пронзительный свист. Олесь едва успел увернуться.

Стрела пролетела возле головы.

Самураю повезло меньше. Вскрикнув от боли, Аято опустился на колено. Из левого бедра торчало окровавленное оперение.

— Вот гады! — раздраженно пробурчал японец, обламывая древко.

Между тем, размахивая оружием, мутанты устремились к наемникам. Тино с равнодушным видом снял с пояса две гранаты и бросил их одну за другой.

Взрывы разметали тасконцев. Пятеро боргов распластались на склоне дюны.

— Так-то лучше… — усмехнулся самурай, вставая на ноги.

Заметно прихрамывая, Аято направился к убитым оливийцам. Стоило ближайшему мутанту пошевелиться, как меч японца пронзил его грудь. Русич безжалостно добил второго раненого тасконца.

Бой длился недолго. У боргов не было ни единого шанса.

— Как ты узнал, что они спрятались за барханом? — спросил Олесь.

— Оливийцы — не дураки, — ответил Тино, склоняясь к высокому, широкоплечему мутанту с длинными волосами.

 — На открытом пространстве мы бы просто расстреляли отряд. Идти дальше — равносильно самоубийству. Тасконцы решили вступить с противником в рукопашную схватку. Машинам по такому склону наверх не подняться.

Самурай обыскал мертвого борга, но ничего не обнаружил.

Сзади послышалась частая стрельба. Видимо, аланцы заметили новую группу оливийцев. Аято на это не отреагировал. Он приблизился к коренастому оливийцу и бесцеремонно перевернул его на спину. Осколки гранат буквально изрешетили грудь мутанта. Одежда покойника обильно пропиталась кровью.

Японец достал кинжал и вспорол рубаху тасконца.

— Матерь Божья! — невольно вырвалось из уст Храброва. В лучах Сириуса сверкал Конзорский Крест. Изящная, изогнутая форма, плавные линии, на гладкой поверхности — витиеватый рисунок, в центре пылает огромный ограненный рубин. В длину драгоценность достигала двадцати сантиметров.

Тино разрезал грязную веревку и взял крест в руки.

— А он тяжелый… — довольно улыбнулся самурай.

— Невероятно, — произнес русич. — Я ведь не верил, что мы его найдем. Странные видения, пыльные каталоги, кровавые надписи на стенах — цепь безумных совпадений…

— Любые случайности обладают определенной закономерностью, — возразил Аято.

 — Реальность часто бывает куда удивительнее и страшнее вымысла. В мире все предопределено.

— На северо-западе около полусотни боргов! — выкрикнул молодой десантник, спускаясь с вершины бархана. — Сержант послал меня предупредить вас об опасности…"

"Парень остановился в трех метрах от наемников. Он не мог оторвать взгляда от оливийской реликвии.