140 ударов в минуту

Именно они оплачивали узкоспециализированный лицей, где я получила своё стартовое музыкальное образования. Благодаря им мне не приходилось подрабатывать, как некоторым одноклассницам, учившимся с нами по грантам. Официантки, уборщицы, горничные в отелях. Всё это прошло мимо меня. И это безусловно заслуга родителей.

Наша машина заезжает во двор. Папа подаёт маме руку, помогая выйти. Я выбираюсь сама и поправляю пышную, хрустящую юбку нового платья.

— Стефа, — улыбается тётя Наташа, тепло меня обнимая. — Родители сказали, ты поступила в Институт Культуры, как и мечтала. Поздравляю. Это замечательно.

— Ещё не поступила. Только подала документы и прошла прослушивание. Впереди собеседование. И конкурс баллов, конечно. Так что всё точно будет известно только в августе.

— Ерунда, Стеф, — пожав руку моему отцу, говорит дядя Сурен. — Всё решим. Ты и раньше мне была, как ещё одна дочка, а скоро будешь носить мою фамилию.

Я бы хотела оставить свою, но пока умалчиваю об этом.

От приторности встречи сводит зубы. Отхожу в сторону от взрослых и заглядываю в телефон. Девчонки всё же поехали на пляж. Скидывают фотографии коктейлей, свои довольные улыбки на фоне танцующей в купальниках и плавках загорелой тусовки и симпатичного бармена, устраивающего за стойкой отдельное шоу.

Мне ужасно хочется к ним.

— Выше нос, — мама касается ладонью моего плеча. — Лето ещё не закончилось. Пляж никуда не убежит.

— Только я буду замужем за непонятно кем, — убираю мобильный в маленькую сумочку.

— С мужем будешь ходить, — подмигивает мама.

Входим в дом. Нас встречают нарядные дети. Трое. Удивлённо рассматриваю девчушку с волосами-пружинками и карими глазами как у дяди Сурена. Математика в моей голове снова ломается. Это их уже четверо в общей сложности получается. Или откуда взялась эта девочка?

— Анаит, — подтолкнув её в спину, представляет дядя Сурен. — Моя старшая дочка. Я прошу прощения за Саркиса. Он немного задерживается. Так что приглашаю к столу пока без него.

Накрыто в столовой. Стол, как всегда, в этом доме, ломится от разнообразия блюд. Салаты, пироги, тёплый хлеб, мясо и отдельно нам уже несут горячее."

"Пахнет умопомрачительно, но есть всё равно не хочется. Мне кажется, я смотрю спектакль, который разыгрывают для одного зрителя.

Анаит сидит с родными или младшими, я даже не знаю, как правильно выразиться, детьми дяди Сурена. Тоже не спешит есть. Накручивая одну из кудрявых прядок на пальчик, она внимательно смотрит на меня. Нервно улыбаюсь ей в ответ.

— Добрый вечер, дамы и господа, — к нам присоединяется дедушка всех этих детей. Папа тёти Наташи. — Стефа, — кивает мне. — Очень давно тебя не видел. И правда, стала совсем взрослой.