140 ударов в минуту

Что изменилось? — подозрительно щурюсь.

— Стеф, ты знаешь, как я не люблю больницы. Это всё ужасно угнетает. Да и что мне было тут делать? Ты сама говоришь, мальчик был без сознания.

— Ммм… даже не знаю, — развожу руками в стороны. — Меня поддержать? С Анаит помочь? Или тебя волновало лишь моё спаривание с жеребцом?

— Стефания! — мамино красивое лицо с идеальным макияжем покрывается красными пятнами. — Не надо говорить со мной в таком тоне. Я желала тебе добра. Всегда. И ты это знаешь. Кто возил тебя в музыкальную школу? Кто устроил тебя в лицей культуры и искусства? Кто ходил на твои концерты? Ты всегда была моей маленькой звёздочкой. Успешная, талантливая, нежная девочка. Стеф, — мама подходит ближе, — когда ты в последний раз держала в руках скрипку?

— Каждый день, — опускаю взгляд.

Мама берёт меня за руку и рассматривает маникюр. Точнее его отсутствие.

— Посмотри, что с тобой делает эта ситуация. Ноготочки запустила. В салоне явно давно не была, — накручивает на палец прядку моих светлых волос. — Разве так должна жить наша принцесса? У тебя впереди головокружительная, интересная жизнь. Ты же мечтала. Мы с тобой вместе мечтали, как ты выйдешь на большую сцену. Стефа…

До моего уставшего мозга начинает доходить страшное.

— Ма-ма, — откуда-то из живота к груди поднимается жгучая злость. — Что ты ему сказала?!

— Стеф…

— Мама! — кричу на весь коридор.

— Правду, детка. Ту, которую ни ты, ни врачи ему не скажут. И если Сар действительно тебя любит, он примет правильное решение. Прости, пожалуйста. Я забочусь о тебе.

— Зачем? Как ты можешь так со мной, мам?! Я же только убедила его бороться. Он… он почти пообещал мне. Я бы дожала!

— Хорошо, что не пообещал. Значит и правда любит. Я поеду. Заезжай в гости, ладно? Я запишу нас в твой любимый салон. Сходим вместе, как раньше. Ты вспомнишь, как было здорово."

"Зло толкнув её плечом, забегаю в палату. Кис лежит, отвернувшись к противоположной стене. Челюсти стиснуты. По красивому лицу ходят желваки, здоровая рука сжата в кулак.

У меня сердце сейчас разобьётся о рёбра.

— Кис… — жалобно зову его. — Кис, посмотри на меня, — скрипит зубами. — Кис, чтобы она не наговорила…

Он поворачивает голову. Глаза темнее ночи. Мне кажется, в палате пахнет озоном и вот-вот начнётся гроза.

— Я обещаю тебе, что встану, — хрипит он. — Не только встану, Стеф. Я сяду на байк и заработаю достаточно денег, чтобы ты никогда ни в чём не нуждалась. На платья, салоны, нормальную еду. Обещаю.

Меня адски трясёт. Руки ходуном. Колени поджимаются. По спине под блузкой течёт пот. Подхожу к нему и, капая слезами на его щёки, целую плотно сжатые губы. Каждый миллиметр, каждый из уголков, пока Кис не расслабляется и не начинает так непривычно неуверенно отвечать.