140 ударов в минуту

Она для него всегда будет малышкой. Да и не представляю я, как бы выглядел у них этот разговор. У нас с Аной он вышел естественным и не вызвал у малышки излишнего смущения. Она умница, всё понимает и принимает правильно.

Уложила её спать и ушла к себе. Засыпала с улыбкой. Она до сих пор не сходит с моих губ. Очень уютный получился вечер. Такой я бы ни за что не променяла на пляжную вечеринку или поход в кафе, куда звали девочки.

Проснувшись утром, переодеваюсь и тихо выхожу из комнаты, чтобы никого не разбудить. Я обещала больному завтраки. Надо держать слово.

Не удержавшись, всё же заглядываю к Анаит. Дети же вроде рано встают. В кровати её нет, впрочем, как и в спальне. В ванной и в туалете не горит свет. Значит вариант только один.

На цыпочках крадусь к комнате Саркиса. Дверь приоткрыта, как бывает практически постоянно. Толкнув её, заглядываю в спальню и таю от умиления. Ана спит, прижавшись к спине брата и уткнувшись носом ему между лопаток. Её жгуче-тёмные кудряшки разметало по подушке.

Чёрт! Нечестно быть такими милыми!

Кис начинает шевелиться. Быстро исчезаю, чтобы не мешать. Пусть хоть так отлёживается. Только вот…

Закусив губу, чтобы прекратить глупо и смущённо улыбаться, вхожу в ванную и открываю кран над раковиной.

Целовать-то его как при сестре? Да ещё и по-взрослому!

Значит обойдётся только завтраком.

Умывшись, иду с ноутбуком на кухню. Вкладка с рецептами у меня открыта, чтобы не потерять. Они простые. Из серии «для чайников», то есть как раз для таких, как я, кто пока яйца без скорлупы пожарить не может.

Обшариваю полки на предмет, что у нас есть, прикидывая и заодно сразу записывая, что нужно купить.

Блин, вот так и стану домохозяйкой!

Надо же ещё учесть, что у нас Ана. Детей обычно кормят кашей. Сложно… Мне кажется, яичница была уровнем «лайт». Была бы у нас овсянка, но вот это самое «но» сильно меня обламывает.

Рис. Хм…

Не знала, что из него варят сладкие каши, ещё и на молоке. Ладно, будем разбираться.

— Ааа!!! — пищу, подскакивая из-за стола и поднимая кастрюльку с плиты. — Куда ты убегаешь?! — возмущённо смотрю на белую пенку. — Подогрела молоко!

Но я упрямая. Выдыхаю. Мою плиту и кастрюлю, заодно думая о том, что неплохо бы записаться на маникюр перед завтрашним собеседованием.

Ставлю греться новую порцию молока, но в этот раз ни на шаг от него не отхожу, чтобы снова не решило устроить мне внеплановую уборку.

Со второго раза вроде всё получается. Пробую. Вкусненько, сладенько. Мысленно хвалю себя. Заглядываю в ноутбук и решаю, что семейству Согоян всё же пора вставать.

В комнате обнаруживаю только Анаит, лежащую на спине с грустной моськой.

— Кис по телефону разговаривает. С дядей… Ой. С отцом, — исправляется она.

— Понятно, — уже примерно понимаю, что сейчас будет. — Я кашу сварила.