50 и один шаг назад
Понимать, что ты полюбила, слишком сложно. А если этот человек противоречит всем табу и вызывает страх, подпитанный сильнейшим возбуждением и жаждой идти дальше, то остается только один выход – сражаться. Против него и его привычек, тая надежду на ответное чувство. Бороться против самой себя, понимая, что иначе не выберешься из темноты, которой он окружил себя. Вытащить его и любить. Любить. Тайно. Тихо. Рядом.
Нет, я не обвиняю тебя, но и не благодарю за это. Ты решил отомстить моему отцу, но я не просила тебя об этом…
– Не просила, – перебивает он меня и тоже поднимается на ноги. – Ты бы никогда не попросила меня об этом, только вот кто ещё готов за тебя заступиться? Марк? Так что же ты к нему не пошла за помощью? Почему ко мне? А я скажу тебе, потому что ты подсознательно приехала к тому, кто может тебе помочь. Твой разум сам подсказал тебе ответы, но сейчас ты не хочешь их видеть. А ты думаешь, мне приятно получать звонки от моей службы безопасности, которая следит за тобой, что ты едва не попадаешь в аварию, а потом приходишь ко мне? И что я вижу, когда приезжаю домой? Кровь, твою кровь, Мишель.
– Я не твой сабмиссив, Ник.
– А что я должен? Смотреть, как ты истекаешь кровью? Как ты мучаешься? Как ты кричишь по ночам? Что я должен делать? Так вот, я делаю то, что считаю нужным. Это касается и тебя, раз ты решила быть со мной. Никак иначе, Мишель. Тебе придётся стать моим сабмиссивом, если ты остаёшься здесь.
– Что? – Переспрашиваю удивлённо я. – То есть, если я не хочу быть этим грёбаным сабмиссивом, у которого нет прав и чувств, а только, как ты сказал, желания Мастера, я должна свалить отсюда? То есть в самом начале я была права, и я тебе нужна была только для этого? Ты хотел опустить меня на колени и увидеть моё подчинение тебе? Ты хочешь меня сломить и сделать одной из миллиона твоих рабынь?!
– Я хочу тебя любую, ты сама преподносишь наши отношения, как тему.














