50 и один шаг назад

Так что сейчас делюсь с тобой, и вроде так поступают партнёры в отношениях.

– Спасибо. Я не знаю, могу ли спросить, но всё же. Куда ты едешь? У тебя… ну… ты снова чувствуешь зависимость от… ты понял, – вздыхаю я, ощущая себя полной идиоткой от его улыбки на мои слова.

– Нет, – качает он головой. – Нет, Мишель. И ты можешь спрашивать. Я еду по другой причине.

– Какой? Что-то с Эмбер или Люси?

– Нет. Я еду в один реабилитационный центр, расположенный в десяти километрах от Торонто, – я слышу, как сложно ему говорить об этом, и сглатываю от продолжения.

– Реабилитационный центр? То есть ты проходишь какое-то лечение? – Шепчу я, придвигаясь ближе, полностью сбитая с толку новыми открытиями его мира.

– Нет, это мой центр. Я открыл его, когда мне было девятнадцать. Сначала просто выкупил дом, сам отремонтировал его, нанял практикующего психолога, туда могли приходить все желающие. А потом начал расширять площадь и облагораживать это место.

– Твой центр, – повторяю я его слова, переваривая информацию. – А на чём он специализируется?

– «Кризисный центр помощи пострадавших от домашнего насилия».

«Say No». Так называется это место, – Ник поднимает голову на меня, и в его глазах нет ни единой эмоции. Они жёсткие, холодные и заледеневшие.

Я не могу подобрать слов, чтобы хоть как-то прокомментировать его ответ. Только в груди становится больно из-за него… вместе с ним.

Тишина за столом начинает давить на меня, а я смотрю в его глаза, как и он в мои, продолжая резать меня острыми кристаллами. Я знаю, что он разозлился, не желая говорить об этом, но всё же ответил. Он ждёт от меня реакции, но я даже не слышу шума вокруг, только сердце, стучащее, как молот, в ушах.

Перед нами ставят горячее блюдо и разрывают наш зрительный контакт. Аппетита больше нет. Как только удаляется официантка, мне снова открывается обзор на Ника, откинувшегося на спинку кресла и наблюдающего за мной.

– Прости, – единственное, что удаётся мне произнести.

– За что? – Усмехается он.

– Я хочу спросить об этом, но боюсь твоей реакции, – шепчу я, сглатывая от мрачной тени, накрывшей его лицо.

– Боишься, – полушёпотом повторяет он, и я киваю.

– Почему?

– Потому что хочу узнать твою светлую сторону, Ник. Но ты так редко открываешь её, что после… сразу же наступает чёрная. И я боюсь этого, если будет это снова, то лучше ничего не знать, – отвечаю я.

– Сначала я купил дом, обычный одноэтажный дом. Сам его мыл, чистил, ремонтировал, покупал мебель, всё необходимое на первое время. Нашёл парня, который только окончил колледж и не мог найти работу. Он психолог. Я предложил ему работать со мной, поселил в доме.