50 знаменитых любовниц

Забота, проявленная Александром, шла от чистого сердца. Мари это почувствовала и сразу дала понять, что лучше ему в нее не влюбляться. «У вас будет незавидная любовница: женщина нервная, больная, грустная; а если веселая, то печальным весельем. Подумайте только, женщина, которая харкает кровью и тратит сто тысяч франков в год! Это хорошо для богатого старика, но очень скучно для такого молодого человека, как вы. Все молодые любовники покидали меня».

Предостережение, казалось, нисколько не смутило Александра. Он жалел всех обездоленных женщин, как и свою мать, которую очень любил.

Благородный и снисходительный молодой человек считал их жертвами общества и выказывал уважение. Наверное, именно этим он привлек к себе Мари, ведь денег у него не было, за каждым франком он обращался к отцу. Капризы «Дамы с камелиями» стоили недешево, а отказывать себе она давно разучилась. Мари вновь почувствовала себя юной гризеткой, гуляла с Александром по бульварам, нежно называла придуманным именем Аде (сокращение от А. Дюма), а ночью отдавала свое хрупкое тело с такой страстью, что это было настоящим «пиршеством плоти».

Им было хорошо вдвоем, но очень недолго.

Мари отказала всем богатым клиентам, но жить продолжала на широкую ногу. Это смущало Александра. Он любил страстно и боялся быть обманутым. И чем больше молодой человек задумывался, тем неприятней ему казалась действительность. Он хорошо знал, как ловко Мари умела отказаться от надоедливого любовника, ссылаясь на болезнь или уже занятый вечер. Когда ее спрашивали, почему она так часто обманывает, то Мари смеясь отвечала, что «от лжи зубы белеют».

Несколько коротких месяцев незамутненных чувств сменились длинными тягостными месяцами недоверия.

Мари почувствовала его отчуждение. «Дорогой Аде, почему ты не даешь о себе знать и почему не напишешь мне обо всем искренне? Мне кажется, что ты мог бы относиться ко мне как к другу. В ожидании вестей от тебя нежно целую тебя как любовница или как друг — по твоему выбору. В любом случае остаюсь преданной тебе. Мари».

Как считали современники, Дюма-сын был от природы наделен тем душевным теплом, которое исходило и от его отца. Только рядом со старшим Дюма можно было отогреться и простить ему многие чудачества, а сын не умел передавать свое тепло другим.

Злопамятный пессимист, благоразумный моралист, человек долга — все эти черты представляли странный коктейль в его характере. Он и любил с оглядкой, и сам себя корил за это. Писательница графиня Даш, хорошо знавшая отца и сына, тонко подметила: «Сын Александра Дюма, банкира всех тех, кто никогда не отдает долгов, не мог бросать на ветер ни своих экю, ни своей дружбы. Крайняя сдержанность Александра — следствие полученного им воспитания и тех примеров, которые он видел.