50 знаменитых любовниц

Морхардта и поразили выразительностью и зрелостью исполнения известного скульптора Альфреда Буше, который сыграл значительную роль в становлении ее как мастера, когда Луи-Проспер перевез семью в Париж, чтобы дать детям первоклассное образование. Камилла настояла на обучении ваянию в Академии Коларосси (Школа изящных искусств для девушек была закрыта) и на курсах Буше. Удивительно, но вздорный по характеру отец поддержал ее в этом странном для добропорядочной девушки начинании, тогда как мать никогда не простила дочери ее самобытности и свободомыслия.

Камилла с тремя подругами-англичанками сняла мастерскую и увлеченно совершенствовалась в сугубо мужском искусстве. Яркое дарование девушки было столь многообещающим, что покровительствовавший ей Буше продемонстрировал ее работы директору Школы изящных искусств П. Дюбуа. Реакция того показалась Клодель более чем странной: «Ваша подопечная брала уроки у господина Родена», — заявил он. Это, конечно, был комплимент начинающему скульптору, но только Камилла это имя слышала чуть ли не впервые. Ее работы «Поль Клодель в 13 лет», «Старуха Элен» заявили о рождении нового гения в искусстве скульптуры.

В 1881 г. Альфред Буше в качестве премии Салона получил право поездки в Италию и уговорил Родена взять к себе самую талантливую из своих учениц. Скульптор долго отказывался, потому что для него женщина и искусство были несоединимыми понятиями. Увидев Камиллу, Огюст слегка опешил, ощутив прилив внезапного, давно позабытого волнения перед красотой. Все многочисленные натурщицы и возлюбленные знаменитого скульптора меркли рядом с элегантной, изящной и необычайно привлекательной девушкой.

Все в ней было гармонично. «Прекрасный лоб над дивными глазами, того густо-синего цвета, который часто встречается в романах и столь редко в жизни, большой чувственный, но еще и очень гордый рот, густая копна каштановых волос, спадающих до поясницы. Вид, впечатляющий дерзостью, прямотой, превосходством и веселостью», — так описывал 20-летнюю Камиллу ее брат Поль и такой ее увидел сорокалетний Роден. В тот же миг он вновь почувствовал себя мужчиной, полным страстей и желаний.

Камилла же за неуклюжестью этого коренастого, грубоватого, энергичного человека с широкими мускулистыми плечами и рабочими руками, которые свидетельствовали о недюжинной силе, увидела великого творца. Его гибкие кисти, искусные пальцы, не прекращая, поглаживали, разминали и лелеяли глину. «Вулкан», — подумала Камилла. «Нет, скорее Мефистофель», — сменила она мнение, обжигаясь о его почему-то презрительный взгляд.