А я тебя да (СИ)

На этот раз в универе не удалось взбодриться. В голову лезли воспоминания. О том, как я сама здесь училась, и как от меня стали шарахаться после тех сплетен, что это из-за меня Бутанову «сломали жизнь». Впрочем, когда шарахались — это еще полбеды. Хуже, когда стали заискивать и в друзья набиваться. Нет, может, конечно, кто-то мне совершенно искренне симпатизировал, но я уже никому не верила. И во всем искала подвоха. Где-то к курсу четвертому та ситуация стала подзабываться, напряжение спало, и мы постепенно снова стали общаться, но даже тогда я намеренно сохраняла дистанцию и никого к себе близко не подпускала. И, в общем, как-то так вышло, что осталась я совсем без друзей.

— Ну как же так, Верунь? А как же студенческая жизнь? — недоумевала мама.

— Да нормально, — пожимала плечами я.

— Не нравится мне это.

— Что это, мама?

— Что ты как будто одна совсем. Вот случится что-нибудь со мной, с кем ты останешься?

— Ну, во-первых, — смеялась я, — с тобой никогда и ничего не случится, а во-вторых, у меня есть Семен.

— А кроме него никого нет! Уж не он ли постарался, а, Верочка?

— Мам, ну что за глупости? Зачем бы ему это понадобилось?

— Затем! Так тобой легче вертеть.

Тогда я свела все к шутке, но когда через каких-то полгода мамы не стало, а Шведов был на каких-то там своих очередных сборах, я оглянулась в поисках поддержки и поняла, что одна. Бесконечно, безнадежно одна.

— Так что, Вера Ивановна? — вернул меня в реальность голос Никиты. Я подняла глаза, отмечая порез на подбородке. Ник сегодня прихорошился. От его красоты можно было ослепнуть. Но ведь не про мою честь это… Зачем я ему? Зачем любому другому мужчине?! Впрочем, если притвориться, что я все та же, если соврать себе, что у нас есть шанс, и просто впустить в себя это сладкое чувство предвкушения любви и ожидания…

— Извините, Никита. Я отвлеклась. Что вы говорите?

— Ты. Я же больше не студент, — широко ухмыльнулся паршивец. — Все! Гуд бай, альма матер.

— А, ну да. Поздравляю, — мой ответ прозвучал несколько сухо, ну, а как иначе? — Так что ты говорил?

— Я приглашал тебя…

— Куда?

— Куда хочешь. В кафе, в ресторан?

— Никита… Да, ты больше не мой ученик, но остальные обстоятельства ничуть не изменились.

— Так измени их! — с жаром воскликнул он. — Мне уже предложили работу в классной команде, я смогу…

— Ну что ты сможешь?

На эмоциях мы то и дело перебивали друг друга, и разговор выходил довольно странным.

— Содержать семью! Ну, тачку с водилой тебе, конечно, не обеспечу, но…

— Ничего не выйдет. И дело не в тачке.

Я обошла Ника по дуге и, чувствуя, как болезненно, будто через силу, захлебываясь, колотится сердце, сбежала вниз по ступенькам. Семью он собрался содержать! Семью…

Никита нагнал меня на крыльце. Схватил за руку.