А я тебя да (СИ)

— Я в порядке. Не стоит.

Чувствуя на себе растерянный Элькин взгляд, я вышла из машины. Подошла к водителю, отдала распоряжение отвезти подругу куда она скажет и юркнула в парадную, зная, что мой цербер не сдвинется с места, пока не убедится, что мне ничего не угрожает. Как в тумане прошла мимо консьержки и даже поднялась на нужный этаж, но так и не решилась открыть дверь в квартиру, где мы в последние месяцы были так счастливы, что я добровольно сняла броню… Ну что ж. Я понимала риски.

Вернувшись к лифту, поднялась еще на пару этажей вверх. Летом здесь расставляли деревья в кадках и садовую мебель — с крыши открывался фантастический вид. А сейчас все было усыпано снегом. Я подошла к краю. В прямом и в переносном смысле слова… Вцепилась в ледяные металлические перила, замерев в каком-то странном безвременье, небытие… И, наверное, долго так простояла. Потому что когда за спиной послышался его голос: — Вера! Твою же мать… — уже не больно было. Будто этот мороз, этот дующий с моря ветер выморозили все. Даже боль.

Потом он меня куда-то нес. Что-то выговаривал. Зачем-то раздевал. А я сидела, тупо пялилась на красные руки, которые почему-то стали гореть огнем… И кричать хотелось, из-за того что он опять заставил меня чувствовать. Сначала эту невыносимую боль в руках, потом все остальное… Провалившись в какое-то вязкое болото, я прошептала:

— Это даже для тебя слишком жестоко… Даже, блядь, для тебя.

Глава 23

Семен

— Учитывая обстоятельства, нам нужно готовиться к кесарево.

Анна кивнула. Закусила распухшие как у рыбы губы и бросила на меня полный отчаяния взгляд. А потом еще и руку протянула. Это было хуже всего — когда приходилось ее касаться.

— Ань, ну врачам же видней. Ты чего?

— Ничего. Наверное, до последнего думала, что пронесет.

Думала она… В который раз захотелось ее встряхнуть. Заорать, что я ей плачу не за думанье! Но я сцепил зубы и ответно пожал ее отекшие пальцы. Очень… всеми силами прямо контролируя силу сжатия.

— Все будет хорошо. Миллионы женщин по всему миру рожают путем кесарева сечения.

— Да, но… Я же на это не подписывалась! Почему так?

— Вообще-то договор с заказчиком как раз таки предусматривает подобное развитие событий, — напомнил о себе врач, в кои веки сделав хоть что-то толковое. А то ведь только руками разводил — урод. И отговорки одна хуже другой придумывал, предназначенные объяснить, как они так просчитались со здоровьем рекомендуемой ими суррогатной матери.

— Да я не к тому… — промямлила Анна, и ее глаза забегали туда-сюда — она как будто не ожидала, что ей напомнят о договоре. — Понятно, что прописано. Просто я и предположить не могла, что до этого дойдет. В конце концов, я дважды сама рожала, а теперь вот.

— Ну, это не показатель. Тогда не было рисков, сейчас есть.