А жизнь так коротка

Я только тебе это сказал. Дело в том, старина, что ты делаешь слишком мало за деньги, которые я плачу. Симпсон не разрешил мне работать на стороне, и я больше не в состоянии платить.

— Конечно, — вздохнул Муни. — Но не забывай, что, если бы не я, ты не получил бы эту работу. Не забывай всего того, что я сделал для тебя, Гарри…

Гарри чувствовал себя очень неловко, и Муни это знал. Он знал также, что достаточно ему еще немного поныть и он выиграет.

— Ты же не скажешь мне, что будешь жить на пятьдесят фунтов в неделю, а меня заставишь помирать с голода.

Гарри больше не колебался.

— Ты прав, Альф, — сказал он устало. — Забудь о том, что я говорил. Меня расстроило то, что Клер будет зарабатывать больше, чем я.

Муни облегченно вздохнул и удобнее устроился в кресле.

— Я тебя понимаю, малыш. Но я делаю достаточно за те пять фунтов, и если бы ты знал, что я только что говорил этому рабочему о тебе. Реклама в твоем положении крайне необходима.

— Да, конечно, разумеется… Да, Альф, сходи, пожалуйста, за бумагой в магазин.

— Что? Я? — возмущенно воскликнул Муни.

Глава 6

Как Гарри и предвидел, Клер с триумфом выступила в «Двадцать втором клубе». Она выполняла свой номер в домино, и в программе было записано: «Карманная воровка в маске»."

"Разумеется, только Гарри знал, почему у нее возникла необходимость скрывать лицо. Маска к тому же добавляла элемент таинственности, и члены клуба осаждали метрдотеля, стремясь узнать, такое же красивое у «воровки» лицо, как и фигура, или имеет неустранимые недостатки?

Гарри был удивлен легкостью и непринужденностью Клер, с которой та ходила между столами, разговаривала с посетителями и опустошала их карманы. Только в конце представления украденные предметы возвращались владельцам.

Разумеется, все были настороже, но Клер всегда удавалось что-то стянуть, и эта дуэль придавала особую остроту ее номеру.

Через месяц после начала выступлений Клер, как обычно, вернулась в час ночи и вместо того, чтобы бесшумно раздеться, как это она всегда делала, ворвалась в спальню и разбудила Гарри.

— Милый, проснись! — сказала она, усаживаясь на кровать и зажигая свет. — У меня есть новость, не-ве-ро-я-тная.

Гарри сел на постели и ошарашенно заморгал.

— А? Что?

— Ты никогда не отгадаешь. Я буду выступать в театре, в ревю.

— Что? — воскликнул он, сразу же проснувшись. — Ты хочешь выступать там? А кабаре?

— Понятное дело, помимо кабаре. В двадцать тридцать я буду выступать в театре, а потом в двадцать три в «Двадцать втором клубе». Это очень легко.

— Ну что ж, тем лучше, — сказал Гарри, опускаясь на подушку.

— Это лучше для нас обоих. Теперь-то мы разбогатеем. Я уже подписала контракт на сто пятьдесят фунтов в неделю.