Абсолютное оружие

Как тебе нравится мой план?

– Мне он представляется неосуществимым. Хочешь выслушать хороший совет?

– Нет.

– Тем не менее я дам его тебе. Том, уезжай из Нью – Йорка, и как можно дальше. Постарайся добраться до Фиджи или Самоа.

– Но почему?

Мэри расхаживала по кухне, пытаясь успокоиться.

– Ты просто не понимаешь этот мир.

– Мне кажется, что понимаю.

– Нет! Том, ты столкнулся с несколькими типичными случаями и приобрел небольшой опыт, вот и все. Это значит, что тебе удалось освоиться в нашем обществе. Что ты пережил? Тебя похитили, ты подвергся преследованию духа и принял участие в охоте.

Но все это – в смысле приобретения опыта – не выходит за рамки туристической прогулки. Рейли был прав: ты такой же беспомощный и невежественный, как пещерный человек в твоем 1958 году.

– Это смехотворное сравнение, и оно мне не нравится.

– Хорошо, пусть это будет китаец из четырнадцатого века. Предположим, этот гипотетический китаец встретит гангстера, совершит поездку на автобусе и побывает на Кони-Айленд. Неужели ты скажешь, что он понял Америку двадцатого века?

– Нет, конечно. Но я не понимаю смысла твоих слов.

– Смысл, – сказала Мэри, – заключается в том, что здесь ты в опасности и даже не можешь предугадать, откуда она тебе угрожает, что из себя представляет и как быстро придет. Начать с того, что тебя преследует этот проклятый Смит. Далее, наследники Рейли могут возмутиться, что ты осквернил гробницу, и принять какие-то меры против тебя. А управляющие «Рекса» все еще спорят о том, как поступить с собой. Ты изменил ситуацию, нарушил ее. Неужели ты не понимаешь этого?

– Со Смитом я разберусь, – ответил Блейн. – На наследников Рейли мне наплевать.

Что касается управляющих «Рекса», я не знаю, что они могут предпринять против меня.

Мэри подошла к нему и обняла за шею.

– Том, – серьезно произнесла девушка, – любой человек, родившийся в наше время и оказавшийся на твоем месте, не терял бы ни секунды и спасался бегством!

Блейн прижал ее к себе и погладил гладкие темные волосы. «Она любит меня и хочет спасти, желает добра», – подумал он. Но Блейну не хотелось выслушивать предостережения. Ему удалось пережить опасности охоты, пройти через железную дверь в подземный мир и, одержав победу, снова вернуться в свет дня.

И вот теперь, сидя в кухне Мэри Торн, залитой солнечным светом, он испытывал чувство эйфории и полное умиротворение. Опасность казалась ему академической проблемой, бесконечно далекой, не заслушивающей в данный момент серьезного внимания, а идея бежать из Нью-Йорка – просто абсурдной.

– Скажи, – с улыбкой спросил он, – среди всего того, во что я вмешался, есть и твоя жизнь?

– Меня, по-видимому, уволят – если тебя интересует именно это.

– Нет, меня интересует другое.