Абсолютное оружие

Еще задолго до того, как появилось замужество, существовали мужчины и женщины и между ними были известные взаимоотношения. Законы природы всегда предпочтительнее законов человеческих.

– Это аморально, – не очень уверенно возразил Кромптон.

– Совсем наоборот, – уверил его Лумис. – Ты не женат, значит, твои действия не вызовут никаких нареканий в твой адрес. Молодая леди замужем. Это ее дело. Вспомни: она же не просто собственность своего мужа, но человек, имеющий право на самостоятельные решения. И она уже приняла решение, нам остается только проявить свое уважение к цельности ее натуры, иначе мы ее оскорбим.

Ну и, наконец, есть муж. Поскольку он ничего не будет знать, он не пострадает. Более того, он от этого выиграет: жена будет с ним необычайно нежна, чтобы загладить свою измену, а он все это отнесет за счет своей сильной личности, и это ""я"" взыграет. Итак, Кромптон, как видишь, всем будет от этого только лучше, и никто не пострадает.

– Пустая софистика, – сказал Кромптон, вставая и снова направляясь к дверям.

– Молодец! – сказал Лумис.

Кромптон глупо ухмыльнулся и открыл дверь.

Потом будто что-то ударило ему в голову: он захлопнул дверь и лег в постель.

– Абсолютно невозможно, – сказал Кромптон.

– Ну что еще стряслось?

– Твои аргументы, – сказал Кромптон, – могут быть одинаково справедливы и несправедливы – не мне судить о том, у меня для этого просто не хватает жизненного опыта. Но одно я знаю твердо: ничего такого я делать не собираюсь, пока ты за мною наблюдаешь!

– Но, черт возьми, я – это ты! Ты – это я! Мы две части одного целого!"

"– Нет, еще нет, – сказал Кромптон. – Сейчас мы всего-навсего шизоидные компоненты, два человека в одном теле.

Потом, когда произойдет Реинтеграция... Но при существующем положении вещей элементарное чувство приличия запрещает мне делать то, что ты предлагаешь. Это немыслимо! И я не желаю больше говорить на эту тему!..

Тут Лумиса прорвало. Оскорбленный в лучших своих чувствах, он бушевал, орал, осыпал Кромптона ругательствами, самым невинным из которых было: ""засранец желторотый!"". Гнев его возмутил ум Кромптона и эхом отозвался во всем его раздвоенном организме.

Раскол между Лумисом и Кромптоном стал глубже; появились новые трещины, и пропасть обещала стать такой же глубокой, как между доктором Джекилом и мистером Хайдом в известном романе Стивенсона.

Главенствующее положение Кромптона ставило его как бы выше всего этого. Но неистовая ярость выработала в его мозгу противоядие в виде крошечных, не до конца изученных нами антител типа лейкоцитов в крови, которые имеют основной своей задачей удаление из организма болезней и изоляцию воспаленного участка мозга.