Абсолютное оружие
Те, кто помнит прежние времена, знают, что самой редкой книжкой в знаменитой «мировской» серии «Зарубежная фантастика» был сборник Роберта Шекли «Паломничество на Землю». За книгой охотились, платили спекулянтам немыслимые деньги, гордились обладанием ею, а неудачники, которых сборник обошел стороной, завидовали счастливцам. Одни считают, что дело в небольшом тираже, другие — что книга была изъята по цензурным причинам, но, думается, правда не в этом. Откройте издание 1966 года наугад на любой странице, и вас затянет водоворот фантазии, где весело, где ни тени скуки, где мудрость не рядится в строгую судейскую мантию, а хитрость, глупость и прочие житейские сорняки всегда остаются с носом. В этом весь Шекли — мудрый, светлый, веселый мастер, который и рассмешит, и подскажет самый простой ответ на любой из самых трудных вопросов, которые задает нам жизнь.
За это Корпорация с капитана голову снимет, и ежу ясно.
Оставался единственно доступный путь. Удовольствие маленькое, но ничего не попишешь. Капитан встал, отбросил давно погасшую сигару и спустился с мостика.
Он заглянул в судовой лазарет. Там, закинув ноги на стол, сидел доктор в белоснежном халате и читал немецкий медицинский журнал трехмесячной давности.
- Добро пожаловать, кэп. Хотите глоточек коньяку в чисто медицинских целях?
- Не откажусь, - ответил Свен.
Молодой доктор щедрой рукой плеснул две порции из бутылки, на этикетке которой красовалось: ""Возбудитель сенной лихорадки"".
- Для чего такой мрачный ярлык? - удивился Свен.
- А чтоб команда не прикладывалась. Лучше уж пускай у кока воруют лимонный экстракт.
Доктора звали Абу-Факих. Был он родом из Палестины, недавно окончил медицинский институт в Вифлееме.
- О Форбсе слыхали? - приступил к делу Свен.
- А кто не слыхал?
- Хотел у вас спросить как у единственного медика на борту: вы прежде не замечали у Форбса признаков расовой вражды?
- Ни разу, - без колебаний ответил Абу-Факих.
- Не ошибаетесь?
- В таких вещах мы, палестинцы, разбираемся, нутром их чуем.
- Какой же вы сделали вывод?
- Форбс честен, расторопен, прямодушен, простоват. Унаследовал отжившие предрассудки в виде старинных традиций. Сами знаете, у выходцев из Горной Джорджии сохранился целый арсенал местных обычаев. Эти обычаи всесторонне изучены антропологами островов Самоа и Фиджи. Вам не доводилось читать ""Достижение совершеннолетия в Джорджии""? или ""Народные обычаи Горной Джорджии""?
- Времени не остается на такое чтение, - проворчал Свен.
- Да, пожалуй, кэп, - сказал доктор. - Хотя эти книги есть в судовой библиотеке, вдруг вам вздумается полистать. Ума не приложу, чем тут помочь. Процесс переориентации долог. К тому же я терапевт, а не психиатр. Есть во Вселенной раса, с представителями которой Форбса никто не принудит служить, поскольку они вызывают в нем прилив первозданной расовой ненависти.
- Оставлю Форбса в порту, - внезапно решил капитан. - С рацией справится офицер связи. А Форбс пускай садится на любой другой звездолет и отправляется к себе в Джорджию.
- Не советовал бы.
- Почему же?"
"- Форбс - любимец команды. Все осуждают его за дурацкое упрямство, но, если он не пойдет вместе со всеми в рейс, на борту воцарится уныние.
- Опять незадача. - Свен задумался. - Опасно, крайне опасно.
