Адепты Востока

Иногда он представал держащим перо феникса или персик бессмертия, но чаще всего в руках у него был музыкальный инструмент в форме бамбуковой трубки или барабан с двумя прутиками, которые служили ему барабанными палочками. Этим инструментом он пользовался для привлечения простого люда, а когда вокруг собиралась изрядная толпа, он с удовольствием исчезал, становясь невидимым. Создаётся впечатление, что по пути мудрости его вели благосклонные к нему мудрецы и даосские духи, посещавшие Чан-куо в его уединённом жилище. Наибольшую известность он приобрёл как покровитель писателей и художников.

Хань Сян-цзы

В счастливые времена правления династии Тан жил выдающийся учёный, государственный деятель, философ и поэт по имени Хань Юй. Этот великий человек нёс на себе тяжкое бремя воспитания своего племянника — по другим сведениям, внучатого племянника — смышлёного и подающего большие надежды мальчика, которого звали Хань Сян-цзы, которому предопределено было стать бессмертным. Мальчика отдали на попечение старшего родственника, чтобы он смог получить достойное образование и подготовиться к государственным экзаменам по классическим дисциплинам.

Хань Юй был ярым противником магических и мистических спекуляций даосизма, тогда как его юный подопечный, напротив, достаточно рано проявил глубокий интерес к алхимическим и трансцендентным размышлениям. Особенно ему хотелось приготовить вино, не используя зерна, и заставить спонтанно расцветать цветы. Хань Юй считал своим долгом настойчиво доказывать, что подобные задачи неосуществимы и противоречат всем законам здравого мышления.

Желая переубедить дядю, или двоюродного дедушку, Хань Сян взял немного земли и накрыл её цветочным горшком, а когда по истечении буквально нескольких минут он поднял горшок, их взорам предстали два цветка (пионы), на лепестках которых золотом были написаны строки поэмы, оказавшейся для Хань Юя пророческой, поскольку в ней содержалось предупреждение, что он попадёт в опалу и будет осуждён на изгнание.

Всё именно так и случилось, и старому учёному оставалось лишь горько сетовать на злой рок и сокрушаться по поводу физических недомоганий, ставших его постоянными спутниками в нездоровом климате места, где ему в изгнании приходилось коротать свои дни.

Хань Сян, к тому времени уже достигший определённых успехов в занятиях магией, передал дяде лекарство, которое должно было сохранить ему здоровье, и объявил, что преклонных лет политик не только вернётся в свой дом и семью, но и получит обратно все прежние титулы. Слова его, ставшие предсказанием, сбылись, и долее уже нельзя было отрицать, что Хань Сян обладал удивительными способностями и мог предвидеть грядущие события.