Адриано

Они останутся на первом этаже и будут охранять наш тыл. Предпоследние — Эмилио и Томмазо. Вы остаетесь на лестничной площадке второго этажа и следите, чтобы нас не застали врасплох — на случай, если Агрелла арендовали и второй этаж. Все остальные следуют за мной, Адриано и Массимо наверх.

— Если услышите выстрелы, НЕ СТРЕЛЯЙТЕ. Стрелять можно только в том случае, если вы видите цель. Если все испугаются и начнут стрелять, мы в конце концов перебьем друг друга. Повторяю: не стреляйте, пока не убедитесь, что это враг, и не возьмете его на мушку. А теперь постройтесь.

Мужчины выстраиваются в шеренгу. Вид у всех мрачный."

"Я занимаю переднюю позицию, рядом со мной стоит Марко. Он является лучшим взломщиком замков, о чем, я уверен, он сейчас жалеет.

— Я должен идти первым, — шепчет мне Ларс.

— Я тот, кто решил это сделать, поэтому я и иду первым, — отвечаю я.

— Я обучен этому, а ты — нет.

— Тогда убедись, что ты меня прикроешь.

Ларс неохотно кивает. Он смотрит на мужчин, чтобы убедиться, что они готовы, затем шепчет:

— Время идти.

Мы выдвигаемся вперед.

Быстро идём по переулку, держа ружья прижатыми к боку.

Я не беспокоюсь о том, что на пути могут оказаться невинные прохожие. Это не тот район, где люди гуляют после наступления темноты, если только они не замышляют ничего нехорошего.

А все, кто замышляет недоброе, разбегаются, как только видят, что мы приближаемся.

Если в Италии в темное время суток по улице идут 14 парней с оружием, то это могут быть только два варианта: полицейские или Cosa Nostra. В любом случае, любой, кто живет поблизости, побежал бы в противоположную сторону.

Я не прекращаю оглядываться в поисках людей Агрелла.

Но никого не вижу.

Нет и камер наблюдения. Они бы выделялись на фоне осыпающейся бежевой штукатурки здания.

А вот внутри, наверное, камеры есть.

Агрелла узнают о нашем приближении, но избежать этого невозможно. Если мы отключим электричество, это тоже их насторожит.

Я молюсь Богородице, чтобы тот, кто следит за камерами, был пьян или дремал.

Улица жилая, но пустынная. В соседнем квартале есть движение, но не перед нужным нам зданием.

Мы подходим к входной двери, представляющей собой металлическую решетку на петлях.

Марко опускается на одно колено, колдует, и дверь открывается через десять секунд.

Я вхожу первым. За мной идет Марко, потом Ларс и Массимо, затем все остальные парни.

Вестибюль представляет собой небольшое помещение с несколькими металлическими почтовыми ящиками, прикрученными к стене. Судя по номерам на почтовых ящиках, в здании всего пять квартир: по две на первых этажах, а пятая квартира — пентхаус.

Если это вообще можно назвать пентхаусом в таком клоповнике. Краска облупилась, покрытые линолеумом полы перекосились, воняет сигаретным дымом и чесноком.