Адские ныряльщики

Это означало, что у капитана Эш появились заботы поважнее полей и ферм. Теперь Тревис подозревал, что она не солгала ни о гелиевом баллоне, ни о нависшей над «Ульем» опасности. Каждые несколько минут корабль по-прежнему сотрясался, его била дрожь. К турбулентности все давно привыкли, но на этот раз она была другой – корабль как будто боролся за то, чтобы удержаться в воздухе.

– Ну что, будем и дальше сидеть, дожидаясь, когда полиция начнет действовать, или как? – прервал молчание Алекс, стоявший на верхней платформе, спустился по лестнице и спрыгнул в грязь.

Тревис вспомнил Рафаэля и подумал: что в такой ситуации сделал бы он? Его старший брат не был жестоким человеком, но «Улей» сломал его, как и многих других. Ради благой цели иногда приходится пожертвовать невиновным. Эти слова Рафаэля прозвучали у него в голове. Темнокожий агротехник, которого Алекс ударил ногой в живот, зло посмотрел на Тревиса и опять уставился себе под ноги.

– Трев, старина, ты меня слышишь? – спросил Алекс.

Слова едва доходили до его сознания. Да, он любил Рафаэля, но они всегда были разные. Тревис не мог убить заложника. Это не входило в его планы, и сейчас он не собирался ничего менять. Капитан Эш не поддалась на провокацию, или же ей было не до них и она действительно спасала корабль от угрозы, таившейся в мрачных тучах за бортом.

– Трев! – заорал Алекс, остановился в паре футов от него и вытащил нож. – Эта сволочь начнет воспринимать нас всерьез, только если зарезать заложника.

Где-то рядом ударила молния, загрохотал гром, скрипом отозвались переборки. Палуба под ногами вздрогнула, и Тревис, чтобы сохранить равновесие, вытянул руки. Суматоху усугубляли рев испуганных животных и крики агротехников.

Алекс упал на колени:

– Твою мать! Что происходит?"

"– Хватайтесь за что-нибудь! – завопил Тревис и посмотрел на люк в двадцать первый гелиевый баллон, надеясь, что мальчишка знает, что делает.

Шишка на лбу Тина пульсировала, будто у нее было отдельное сердце. У него кружилась голова, он выбился из сил, но продолжал двигаться вперед в удушливой жаре и мраке, ориентируясь на едва слышное шипение. Пропитанная потом одежда липла к телу. Он замер, вытер пот, заливавший глаза, и пополз дальше.

Пробиваясь к источнику шума, он старался экономить воздух и делал неглубокие вдохи. Место утечки было уже близко, шипение доносилось от соседней переборки. Тин провел рукой над горячей металлической поверхностью.

Корабль опять накренился вправо, мальчик заскользил по полу. Потом судно выровнялось, Тин опустился на колени. Капитан Эш, вероятно, пытается уйти от шторма. Мысль о приближающейся буре пугала его.

Он на четвереньках пополз к источнику едва слышного шипения. Дыхание было сбивчивым, голова кружилась все сильнее.