Адвокат Империи 2

— Это по этой причине ты встречался с Димитровой за пару дней до того, как та девка попыталась убить Лазарева по её же приказу? — ни на что не намекая спросил Волков, одновременно с этим показывая, что и он многое знает.

— Мне показалось, что всё идёт как-то скучновато, — пожал плечами граф и сделал глоток коньяка.

— Ты ведь так и не получил коллекцию Димитрова, — напомнил ему Волков. — Разве не в этом была твоя цель?

— А ты думаешь, что я не получил то, чего хотел? — вопросом на вопрос ответил Браницкий, и его покрытое шрамами от ожогов лицо растянулось в довольной улыбке. — Так что там с твоими мальчиками? Если хочешь, я мог бы провести с ними… воспитательную беседу.

— А вот это уже не твоё дело, — огрызнулся Волков. — Чтобы щенки вели себя так, как требуется, иногда приходится их бить. Но делать это я буду сам. Так что говори, зачем приехал, или допивай коньяк и проваливай.

Любой другой на месте Волкова трижды подумал бы перед тем, чтобы разговаривать так с этим человеком. Но ему было плевать. Ему теперь уже на многое было плевать.

И по-хозяйски развалившийся на кушетке граф прекрасно это понимал. И даже уважал сидящего рядом с ним человека за это.

— Я хочу провести в скором времени аукцион в одном из твоих отелей.

— Как обычно?

— Да. Сам понимаешь. Публика будет не та, которую позовут к себе те же Филатовы. А у тебя это сделать удобнее всего.

— Не проблема. Товар?

— Как обычно. Произведения искусства. Немного артефактов. Может быть, несколько девочек…

Последнее заставило Волкова скривить лицо. Слишком уж хорошо он знал, в качестве какого именно товара там будут эти девушки.

— Только не из Империи, Костя, — поставил условие Волков. — Тут даже мои семейные связи с Гавриловым не помогут. Ты прекрасно знаешь, что будет, если кто-то узнает, что торгуешь подданными государства.

— Насчёт этого не переживай, — отмахнулся от него Браницкий. — Они даже слов-то по-русски не знают.

— Тогда ладно. Когда?

— Скоро. Я сообщу тебе…

* * *Проснулся с утра. Заглянул в комнату к сестре. Угу. Ксюха уже пришла и дрыхнет мёртвым сном. Постоял, подумал. Было желание разбудить её и поболтать, но это как-то уж слишком жестоко. Надеюсь, что сегодня приду домой пораньше и всё же извинюсь перед ней за то, что пропал.

Это желание ещё стало ещё сильнее, когда я зашёл на кухню и обнаружил на стоящей на столе тарелке завтрак и записку.

«Не пропадай больше, пожалуйста. Я волновалась. Хорошего тебе дня».

Нет. Точно надо будет обязательно с ней поговорить. А ведь кто другой мог бы на её месте и истерику устроить. Всё же я за время своего второго «детства» часто вот так загуливал, так что она привыкла. Да только вот вряд ли стала меньше волноваться.

Быстро позавтракав и помывшись, оделся и поехал на работу.