Афганский рубеж (СИ)

Как только открылась рампа, сразу стало понятно, куда мы прилетели.

В грузовую кабину тут же ворвался тёплый воздух и яркий солнечный свет. Те, кто был в куртках и шапках, моментально начали снимать их и упаковывать.

— Ох, Сашка молодец! Как знал! — продолжал возмущаться Бага, спускаясь по рампе с двумя сумками.

Ступив на тёплый бетон аэродрома Мактаб, я сразу осмотрелся. Да, это не Афганистан, но воздух уже наполнен сухой пылью, которую несёт ветер с южного направления.

Слева и справа длинные стоянки вертолётов. Сейчас тут их очень мало. Видимо, основная часть полка в Афганистане. Здесь только несколько Ми-8 как модификации Т, так и МТ. Рядом с рулёжками отдельные площадки для размещения Ми-24. Некоторые из них сейчас обслуживают техники.

Видно, как вертолёт готовят к повторному вылету. Капоты открыты, топливозаправщик заканчивает заправку, а специалисты по вооружению снаряжают блоки неуправляемыми ракетами и пулемёт ЯкБ в носовой части.

Вокруг пустынная равнина. Ни одного дерева или растения. И земля кое-где покрыта коркой серовато-белого цвета.

— Саня, пошли. Енотаев зовёт, — крикнул мне Димон.

Рядом с Ил-76 комэска проводил построение личного состава, который летел вместе с ним. Встав в строй, мы стали ждать какого-то пламенного напутствия от Ефима Петровича. Но он только ходил вдоль строя, чесал бороду и смотрел на заруливающий Ил.

На нём летела вторая часть эскадрильи.

— Много для нашей эскадры самолётов. Целых два, — заметил Лёня Чкалов.

— Думаю, что разницы никакой. В одном имущество, в другом личный состав в два яруса. Чтобы так не делать, вот и распределили по двум бортам, — объяснил я пузатому коллеге.

— Клюковкин, ты начал думать? — усмехнулся Лёня.

— Постоянно. Тебе бы тоже не мешало, а то совсем как угол на 120.

— В смысле? — переспросил Чкалов.

— Тупой, — пояснил я.

Он меня задолбать решил. То я ему в классе не понравился. Пришлось осаживать. Теперь Чкалов удивляется моей способности думать.

— Итак, наши товарищи уже заруливают. Проведу пока беседу с вами. Мы очень близко к месту нашей службы. Там, дорога на Термез, — указал Ефим Петрович на юго-восток.

— А мы по дороге поедем? — спросил кто-то из строя.

— Нет. Побежите. Заодно физподготовку подтянете. А если такую глупость будете спрашивать, то и до Кундуза марш-бросок устрою, — ответил Енотаев.

Всё предельно ясно. Если перефразировать комэска, то он требует от нас не тупить."

"К самолёту подъехал УАЗ-469. На переднем сиденье крупного телосложения офицер. Сомневаюсь, что этот человек по должности ниже командира или заместителя командира полка.

Когда он вышел, то сразу снял лётный шлем. Если мне не изменяет память, то это защитный шлем ЗШ-5Б. В 1980 году он только должен был быть принят на вооружение.