Аид

Его кадык дёргается. Он откидывает голову назад и шумно дышит через нос.

- Я… цела… - дрожащим голосом говорю ему, со всхлипом прижимаясь виском к его виску. - Цела… все хорошо...

Я не чувствую ничего, кроме него. И не слышу тоже.

Я всегда была сама по себе. Всегда была одна. В этом городе. В своих проблемах и бедах. Не хотела обременять родителей. А больше у меня никого нет. Не было…

В том, как он дышит, как подрагивает его сильное большое тело, переполненное напряжением, в том, как он зарывается носом в мою шею… во всём этом я чувствую свою необходимость. Для него. Я чувствую, что Аид Джафаров… любит меня…

Я люблю его сильнее.

Не знаю почему. Просто люблю. Я люблю в нём всё.

Жалобный скулёж за его спиной заставляет вновь разжать веки.

- Ох… нет… - хрипло выдыхаю я, не в силах остановить слёзы, которые заливают моё лицо.

- Не смотри… - шепчет Аид, подхватывая меня на руки.

Прячу лицо на его плече и тихо плачу, не желая видеть того, как присевший на корточки Максут нежно проводит ладонью по печальной собачьей морде… Гера скулит, разрывая моё сердце. Неподвижная.

Теперь я понимаю, кто принял на себя тот первый выстрел.

Это всё из-за меня…

Из-за того, что я такая дура.

Самир лежит на животе, лицом в пол. Живой или нет. Я не знаю. И не хочу знать. Я больше никогда не хочу видеть его лицо.

Комнату заполняют мужчины в защитной одежде.

Их полно в коридоре и на лестнице.

Замечаю, что на Аиде бронежилет поверх чёрной футболки. Это как укол в сердце. Ведь он мог пострадать... Я бы умерла без него. И я не хочу без него жить.

Он быстро сбегает вниз, прижавшись губами к моему горящему лбу. Гера… господи, мне хочется кричать...

Бородатый головорез в балаклаве открывает нам дверь…"

"Ужас от происходящего тяжким грузом опускается на мои плечи.

Освещённая фонарями улица искрит от снега. Она... перекрыта. Вдоль тротуара в беспорядке разбросаны чёрные внедорожники. Снег рвано скрипит под ногами Аида. Свежий морозный воздух щекочет нос, но я не чувствую холода. Прикрыв ладонью его ухо, прижимаюсь губами к другому и шепчу сквозь слёзы:

- Прости меня…

Аид молчит, быстро и глубоко дыша.

Я не ждала, что он простит мне мою дурость.

Я знаю, что не простит... точно, не сегодня.

Этот день мог бы закончиться не так. Для нас обоих... или, может быть, уже троих?..

Он тоже это понимает...

Потому что, подойдя к одной из машин, усаживает меня на заднее сиденье и захлопывает дверь. Упирается руками в крышу, нависнув над окном с той стороны.

Я вижу только его грудь, обернутую чёрным кевларом, и прислоняюсь лбом к стеклу, обняв себя руками.

Я не спорю, даже когда водительское кресло занимает молчаливый Максут, одетый в чёрный военный костюм.

- Отвезу тебя в больницу, - тихо говорит он.