Ахиллесова спина

А на войне, как на войне,Она труднее нам вдвойне.Едва взойдет над сопками рассвет…Костя сел за руль, я устроился рядом.

– Поехали.

– Ох, молодежь! – Мой друг вздохнул и завел двигатель. – Дурак ты все-таки.

– Ты уже это говорил.

– Повторение – мать учения, – важно заявил он. – Но не всем оно помогает. – Костя нажал на газ и задним ходом выехал во двор. – Если останешься в живых, дай знать.

– Пришлю открытку.

Серо-синий милицейский «Форд» замер у обочины шоссе метров за сто до поворота на заправку. Свет фар нашей машины высветил одного человека за рулем и второго в форме, присевшего на багажник.

– Интересное кино. – Буторин притормозил. – Машина вроде знакомая, а этого кренделя впервые вижу. Отрываемся?

– Нет, приехали.

– Уверен?

– Точно. – Я повернулся к нему. – Спасибо за все, командир. Давай прощаться.

– Понял. – Он улыбнулся. – Счастливой охоты, Стас. – Мы обнялись.

Потом я выбрался из машины и пошел к «Форду». Персонаж в капитанских погонах щелчком отбросил в сторону окурок, сделал пару шагов навстречу, протянул руку.

– С приездом! – Гена Садко оскалился в улыбке.

– Рад тебя видеть, – отозвался я. – За баранкой тоже наш?

– Цырик здешний.

Гена свободно говорит на трех иностранных языках, еще с пяток понимает и может на них изъясняться, но по-русски выражается довольно-таки своеобразно.

Он подошел к машине, приоткрыл заднюю дверцу и любезно предложил мне:

– Падай.

Я послушно упал, развалился на сиденье и закрыл глаза.

Такие вот дела. Уже второй раз кто-то настоятельно советует мне поберечься. Сначала Макс, теперь вот Костя.

Но я поступаю по-своему. Если бы я прислушался к словам умного человека тогда, в Иберии, точно успел бы на место встречи с группой. Меня, вероятно, тоже убили бы.

Кстати, Макс выжил. Наверное, валяется сейчас в отдельной палате и мерзко сквернословит. Во-первых, его, старого партизана, за нефиг делать подловила какая-то баба. Во-вторых, ему теперь долго-долго нельзя пить ничего крепче минеральной воды.

Потом мысли в моей голове перестали скакать как блохи, и я задремал. Нет, даже крепко заснул. Мне снился пыльный, прокаленный жарким солнцем плац, взвод, построенный в три шеренги, и суровый человек Костя Буторин на правом фланге.

Рядом с ним стоял младший сержант с удивительно знакомой, дочерна загорелой физиономией.

Глава 43

Легенды и мифы Древней Греции

Скажите, вам доводилось смотреть телевизор в трезвом виде? Если да, то вы не можете не отметить тот факт, что почти все наши выдающиеся политики и представители так называемой деловой элиты за последнее время здорово похорошели.