Далекие странники (перевод новеллы)

Или на полёт мелких камушков, которые чья-то рука метала в тёмную ночную бездну? Почти бесшумные броски удивительным образом разбили морок непрерывной мелодии. Так падение камня создаёт на водной глади едва заметную рябь, которая расходится кругами, достигая невидимых глазу пределов.

Где-то в густой черноте песня лютни захлебнулась и стихла.

Вэнь Кэсин прислонился к раме и закрыл глаза, прислушиваясь к происходящему. На его губах заиграла одобрительная улыбка.

Вскоре лютня зазвучала вновь. На этот раз её мелодия накатилась сокрушительным потоком, несущим в своих волнах свирепых чудовищ.

Музыкант начал смертельную атаку, и почти одновременно в соседней комнате пронзительно взвыл другой инструмент. Внимательный слушатель при желании опознал бы флейту. Но при обычной игре флейта не издавала оглушающих визгов, схожих с предсмертными воплями какой-то твари, разрываемой на мелкие части.

Несмотря на отвратительный тембр, ответ был идеально рассчитан. Звуки жуткой флейты и колдовской лютни сплелись в ожесточённой борьбе. Пара мгновений — и струны лютни лопнули. От внезапной тишины заложило уши.

Вэнь Кэсин, продолжая стоять у окна, покачал головой:

— Древняя мудрость правдива — «мечнику суждено умереть от меча».

Гу Сян облегчённо выдохнула, утирая холодный пот со лба.

— Скажите, господин, этот Цинь… Цинь как-его-там мёртв?

— Если и жив, теперь он бесполезный калека с разорванными меридианами. Смерть для него была бы лучшим исходом, — негромко ответил Вэнь Кэсин.

Он распахнул окно настежь и продолжил ещё тише, словно не желая кого-то побеспокоить шумом:

— А-Сян, жизнь такая интересная штука, что в ней всё без исключения имеет цену.

Использовать мелодию для убийства, безусловно, забавно. Но так недолго стать жертвой собственной уловки.

— Жертвой собственной уловки? — Гу Сян чуть подалась вперёд, отчаянно стараясь понять.

— Наткнуться на того, кто лучше владеет твоим оружием, — терпеливо объяснил Вэнь Кэсин.

Гу Сян кивнула, обдумывая предупреждение, а затем задала новый вопрос:

— Чего ради лезть к тому, кто сильнее, когда проще надавать тому, кто слабее?

Лунное сияние окутало Вэнь Кэсина сверкающей дымкой, когда он повернулся к девушке.

Контур его фигуры казался выточенным из серебра, но выражение лица нельзя было разобрать. Спустя некоторое время он ответил:

— Можно вообще никого не трогать и быть хорошим человеком. Как я.

После этих слов «хороший человек» Вэнь вышел через окно, оставив потерявшую дар речи Гу Сян таращиться ему вслед.

Определенно, Чжоу Цзышу не демонстрировал этой ночью вершины музыкального мастерства. Пару дней назад он сделал флейту от скуки, грубо вырезав её ножом из придорожного бамбука.