Акция возмездия

Сычев сумел въехать на участок и поставить машину в пристроенный к даче гараж.

На квартиру Маши Веретневой он вернулся только к вечеру. Мышцы рук и спины гудели от тяжелой работы, но тем не менее Раптор был доволен. Он закончил почти все необходимые приготовления. Уже завтра можно было отправляться за грузом в Санкт-Петербург. Сычев немедленно позвонил Замараеву и сообщил ему эту новость.

– Если завтра выедем, значит, послезавтра уже вернемся? – подсчитал тот в уме. – Значит, послезавтра и деньги получим?

– А то, – подбодрил приятеля Раптор. – Завтра в Питере, послезавтра в Москве.

Сдадим товар, получим бабки, и все дела. Я тебе с утра позвоню, как выезжать буду, а пока отдыхай. Завтра придется рано вставать.

Проинструктировав Замараева, Юрий отключился. «Поездка может оказаться не самой простой, – сказал террорист сам себе. – Десять килограммов тетрила и пистолет – это мелочь по сравнению с тем, что предстоит забрать в Санкт-Петербурге. Свисток мог привести за собой обыкновенных ментов, а вот инструмент на питерском складе – это уже компетенция ФСБ. Возможно, завтра мне потребуется все мое умение.

 – Раптор вытянул перед собой руки с растопыренными пальцами. От усталости руки мелко дрожали. – Ничего, – успокоил себя террорист. – Завтра я приду в форму, и этой дрожи уже не будет. Если парни из ФСБ вздумают встать у меня на пути, они умрут. Эфэсбэшники во главе с полковником Чернышовым глубоко заблуждаются, если думают, что им удастся остановить Раптора».

Часть III

ПО СЛЕДУ

39

Полковник Чернышов. 9.03, четверг, 10–00.– Павел Андреевич, вот праздничная сводка происшествий, – объявил Артем Ветров, входя в кабинет начальника.

При словах «праздничная сводка» полковник недовольно поморщился. В ежедневно составляемых сводках происшествий сообщалось о совершенных в Москве убийствах, изнасилованиях, ограблениях, разбойных нападениях, кражах и других преступлениях. За каждым из них стояли боль, слезы, кровь, человеческое горе, загубленные или искалеченные жизни. Сводка происшествий подводила криминальные итоги минувшего дня, трансформируя в сухие, написанные канцелярским языком слова обрушившуюся на людей беду. А тяжесть беды не кажется легче оттого, что она приключилась в праздничный, а не в будний день.

– В сводке для нас есть что-нибудь интересное? – сухо поинтересовался у Ветрова Чернышов.

– Как будто нет, Павел Андреевич, – пожал плечами Артем. – Но вы все-таки взгляните сами.

– Хорошо, оставь на столе."

"Полковник поднялся со своего места и подошел к окну. С утра у него было скверное настроение. Настроение у начальника оперативной группы Управления по борьбе с терроризмом испортилось еще накануне.