Акция возмездия

По словам того же делового партнера, никаких коммерческих дел в Питере у них с Владимиром никогда не было.

– Очень подозрительная череда событий, – высказал свое мнение полковник. – Сначала погибает Свисток, мелкий рэкетир, собирающий дань с владельцев коммерческих палаток. Вечером того же дня погибает продавщица одной из этих палаток. А еще через день исчезает и сам владелец палатки.

– Но самое интересное – это кем был исчезнувший владелец коммерческой палатки, – добавил Ветров.

– И кем же он был? – осторожно спросил Чернышов, уже предчувствуя, что сейчас услышит нечто важное.

Артем взглядом победителя обвел кабинет своего начальника и выпалил:

– Бизнесмен Владимир Замараев в прошлом был военным наемником, воевавшим в Боснии в 1992–1993 годах.

– Та-ак, – медленно сказал Павел. – Значит, Замараев – бывший военный наемник, однополчанин Раптора? Олег! – Чернышов указал рукой на Муромцева. – Бери одежду неизвестного, погибшего на сто шестнадцатом километре Московского шоссе, и вместе с Артемом отправляйтесь к родственникам Замараева. Надо будет провести опознание. Попутно на квартире бизнесмена снимите его отпечатки пальцев, позже сравним их с отпечатками погибшего.

Похоже, картина начинает проясняться. Тьфу, чтоб не сглазить! – добавил он и постучал костяшками пальцев по столу."

"Отпустив своих сотрудников, Павел еще раз мысленно повторил свои рассуждения: «Если труп неизвестного мужчины, убитого на Московском шоссе, окажется телом Владимира Замараева, значит, и расстрел питерской бригады наружного наблюдения, и двойное убийство на 116-м километре Московского шоссе совершил Раптор. Кто как не бывший однополчанин Замараева мог привлечь его к этой поездке в Санкт-Петербург? А Раптору как раз нужен был помощник, чтобы забрать груз с портового склада.

Да и не только! Террористу ведь нужно было где-то жить в Москве. Скорее всего бизнесмен устроил его на квартиру к своей продавщице. Выезжая из квартиры, Раптор, разумеется, ее убил…»

Чернышов недовольно поморщился. «Разумеется? – повторил он. – Я уже рассуждаю о смерти как о чем-то само собой разумеющемся. А ведь Артем говорил, что погибшая была совсем молодой – восемнадцатилетней девушкой.

Как ее звали? Веретнева Маша, – вспомнил полковник. – Маша, Мария… Какое красивое имя! Наверное, и девушка тоже была красивой, а Раптор безжалостно расправился с ней да еще инсценировал самоубийство… Причем он убил ее в женский праздник, Восьмого марта».

У Павла неожиданно закружилась голова и сердце сжалось от боли. Он вспомнил, что сосед Веретневой на следующий день после убийства девушки видел в ее окне свет работающего телевизора. «Ну конечно, сосед не ошибся, – понял Чернышов.