Александра. Большая игра. (книга вторая)

— Дарёна, если есть возможность, сохрани ему руку. А если не будет выбора, тогда ампутируешь, хорошо?

— Хорошо. Но чем он так обжёгся?"

"— Я пока не знаю. Сарай, где он химичил, сгорел. Когда мне можно будет с ним поговорить? Я должна знать, что за гадость он нахимичил.

— Я думаю, что до завтра он не проснётся.

— Ладно.

Работать Елене уже не хотелось. Почему-то ей было очень жаль этого несносного алхимика. Вышла из госпиталя. Её ждал муж Василий и с ним ещё десяток латников на конях.

— Вась, домой поехали. Не хочу я сегодня работать.

— Давно пора. Ты кто, Елена? Ты Царевна.

А Царевны не работают. — Сказал назидательно Василий Вяземский. — Тем более, дитя носишь.

— Правда? — Елена почему-то обозлилась. Почему, сама не поняла. Наверное, это раздражение на Маркуса у неё прорвалось. Она упёрла руки в боки. — А Саша, чем воевать будет? А русское войско, чем воевать будет? Мечами да саблями?

— Ну а что? Воевали же до этого.

— Конечно, воевали. И как воевали? Может осман разгромили хоть раз? Или имперцев? А у литвин с ляхами много городов на воевали? Про Смоленск мне не говори. Там даже штурма не было. Можно сказать, на шару город взяли.

— На какую шару, Елена? — Удивился Василий.

— На обыкновенную. На халявную. Только не надо рассчитывать, что все города так брать будете. Сейчас у Москвы самая лучшая артиллерия.

— Ну вот. Самая лучшая, сама сказала, чего тогда жилы рвать?

— А то. Вася ты чего совсем уже что ли? Это сейчас лучшая. Да в Европах тоже не дураки сидят. Скоро такую же сделают. А мы не можем допустить, чтобы в артиллерии и вообще в оружии латиняне сравнялись с нами. Надо на перёд думать. Жить не прошлыми войнами, а будущими. А для этого работать надо, не покладая рук.

А не баклуши бить, лёжа на печи. Извини, но у нас нет волшебной щуки, чтобы всё за нас делала.

— Это ты про что, Елена? Про Емельку-дурачка?

— И про него тоже.

— Ладно, Лен, не сердись. Поехали домой. — Василий подошёл к жене. Взял её за руку. Отвёл к стоявшей возле госпиталя карете и посадил туда.

Вечером Великий Князь вызвал к себе Вяземского, Фёдора Мстиславович. Стал задавать вопросы, что случилось в мастерских Елены? Как такое могло случиться? И всё ли хорошо? Нет ли большого ущерба?

— Слава богу, большого ущерба нет, Великий Государь.

Сгорел только сарай немца Маркуса, чтоб его. Сам он в Госпиталь попал к Дарёне. Елена сказала сильно он обжёгся. Как бы ему руку не отняли. Погорела. Вот и весь ущерб.

— Ладно, если так. Аккуратней быть надо, внимательней. Боярин, тебе Александра пишет?

— Пишет, Великий Отец. Пишет. Ковно взяла. Анну Радзивил разгромила и в полон взяла вместе с детьми. Сказала ей выкуп внести за себя мильЁн золотом и мильЁн за обоих княжичей. Господи, это какие-же огромные деньжищи⁈

Великий Князь захохотал.

— Ай да Саша. Ай да Королева.