Александра. Большая игра. (книга вторая)

— Последнее прошипела в ярости. Кобыла жестом отправил одного из своих за «комендантом Кремля». Вскоре появился тысячник. Подошёл не спеша. Стражники приободрились. Глядя на меня, тысячник остановился.

— Звала, Царица? — Спросил он.

Я молчала, глядя ему в глаза. Он поёжился."

"— Что здесь происходит? — Услышала голос Василия. Оглянулась. Он стоял на крыльце. На нем были его штаны, красные сапоги, синяя шёлковая рубаха, широкий пояс с кинжалом на боку. Поверх рубахи богато расшитый кафтан. Но кафтан был не застёгнут. Я подошла к нему, но подниматься на крыльцо не стала. Смотрела ему в глаза снизу вверх.

— Скажи мне, Великий Государь, кто я такая здесь?

— Я не совсем понимаю тебя, Александра?

— Для твоей стражи я никто, пустое место. На мои требования им наплевать. А если меня убивать будут, Государь? Наверное, им тоже будет плевать? Ну если так, тогда я не чувствую себя в безопасности в Кремле. Наверное, мне лучше быть на территории Корпуса или на подворье у боярина Вяземского. И, конечно, в этом случае, рядом со мной должны быть мои палатины и мои фрейлины. Эти не будут игнорировать мои приказы и мою волю, даже раздумывать не будут, а сразу начнут исполнять то, что я от них потребую.

Или защищать меня. Но здесь уже им не нужен мой приказ. Прости, Великий Государь, но в этом случае, разреши, я заберу детей. И Дашу тоже.

— А теперь будь добра, объясни мне всё толком.

Я рассказала, как в окно увидела двух своих палатинов. Как они попросили стражников поставить меня в известность, что они прибыли. Как стража начала смеяться над ними. Они в ответ тоже пошутили и ввязываться в свару не собирались. Вели себя с вежеством. Однако стражники решили показать, кто здесь хозяин и потребовали от моих палатинов разоружится.

И, конечно, палатины отказались. Так как разоружится они могут только по моему приказу или по приказу Государя. Рассказала, как попыталась остановить намечающуюся схватку, но стража меня проигнорировала и подчинилась только словам боярина Фёдора. Я видела, как глаза Василия потемнели. Он бросил взгляд на тысяцкого:

— Ефим. — Рыкнул он. — Воля Царицы Ливонской есть для каждого здесь закон. Не подчинение ей, это не подчинение мне. А это уже измена и мятеж. Ты что удумал? На дыбу захотел?

Тысяцкий рухнул на колени.

Сорвал шапку с головы.

— Прости, Великий Государь. Не губи. Ибо действовал я токмо по воле твоей. Прости, Матушка-Государыня.

— Ты что, Ефим, не знал кто она? — Смотрел на тысяцкого Великий Князь.

— Знаю, Великий Государь.

Василий бросил злой взгляд на стражников. Те тоже повалились на колени.

— Так может они не знают, кто такая Царица Ливонская?

— Я разберусь с ними, Великий Государь.

— Ну уж сделай милость, Ефим Степанович. Или я с тобой разберусь. И запомни, Царица Александра с сего дня хозяйка здесь.