Александра. Большая игра. (книга вторая)

Колонна была усилена пятью полевыми орудиями, плюс два десятка фургонов, в которых везли боезапас для артиллерии. Их уже ждали. Возле берега находилось до десятка больших плотов и с десяток казацких «чаек». Конные упряжки с пушками, фургоны, стали загонять на плоты. Люди пересаживались на «чайки».

К атаману, Ивану Гойде подошёл молодой парень в полевой форме Корпуса.

— День добрый, атаман. — Поздоровался молодой офицер. Потом приложил правую ладонь к виску. — Лейтенант Корпуса, Давыдов Михаил. Командир артиллерийской батареи.

— Тебе сколько годков, лейтенант?

— Сколько есть, все мои, атаман. — Давыдов улыбнулся и добавил. — Восемнадцать.

— Осьмнадцать? Ну тогда уже муж. Но всё равно, командовать пушками, справишься? Это ведь не саблей махать.

— Меня Государыня-Матушка, Царевна Царьградская и Королева Ливонии, генерал-майор Корпуса, почти четыре года натаскивала, как и других кадетов первого набора на эти пушки. И я уже в битвах участвовал. Против имперцев и против татар Менгли Герая на Дону.

Атаман протянул руку. Лейтенант пожал её. Гойда обратил внимание на георгиевский серебряный крест.

— Серебряный Егорий? — Кивнул он на награду.

— Да. Четвёртая степень. За битву на Дону. Золотой крест первой степени пока ещё не заслужил. — Улыбнулся Михаил. Гойда засмеялся.

— Ничего заслужишь. С тобой калмаки пришли?

— Они. Пять тысяч сабель. А крымчаки пришли?

— Пришли. Ширины с Мансурами привели каждый по семь с половиной тысяч. Всего 15 тысяч. Вас ждём.

— А у вас сколько?

— У нас по кругу, плюс татары Урусобы и двух казанских бия, всего девять тысяч сабель.

— Почти тридцать тысяч получается. Очень хорошо! Должно хватить, как сказала Государыня, закошмарить литвин и ляхов.

— Что значит закошмарить?

— Это значит страх и ужас навести на ворога.

— А, ну это всегда пожалуйста. — Усмехнулся Гойда.

Плоты и «чайки» переплывали Днепр, выгружались и возвращались назад. Вплавь коней гнать не рискнули, слишком широко. Закончили, когда сумерки совсем опустились на землю. Прибывшие растворились в огромной лагере, который был уже разбит здесь. Горели костры, готовилась еда. Жарили целиком баранов, варили уху.

В большом шатре карачибека Агиша Ширина собрались руководители похода.

— Хан, — Давыдов первый взял слово, хоть и был самым младшим по возрасту, посмотрел на Урусобу, — нойон, — взглянул на Бурласа-нойона, командира калмыкской конницы, — карачибеки, — посмотрел на Агиша и Хадижике, — атаман, — взгляд на Ивана Гойду, — бии, — взгляд на казанских биев. Государыня сказала, что если будем делать всё правильно, то хабар будет богатый, такой, какой вы никогда не брали. Самые большие сокровища всегда находятся в городах. В селениях ничего ценного, кроме живого товара вы не брали, так ведь? — С ним согласились.