Александра. Большая игра. (книга вторая)

Тут же сказку стала сказывать Снегурочка:

Только вымолвить успела,

Дверь тихонько заскрипела,

И в светлицу входит царь,

Стороны той государь.

Тут я сменила Ксюшу:

Во всё время разговора

Он стоял позадь забора;

Речь последней по всему

Полюбилася ему.

В зал зашёл Никифор, в царской одежде, вернее в её имитации. Вот так мы и начали рассказывать сказку. Девочки и парни, конечно, учили всё, что мы смогли вспомнить с Еленой. Где не помнили стихи, там заменяли их прозой. Дети сразу прониклись сказкой. Но и взрослые тоже увлеклись. Забавно было смотреть, как бородатые, в возрасте, бояре, расстегнув свои шубы и даже сняв свои шапки-горлатки, внимательно слушали нас всех, переживали, возмущались, радовались героя представления.

Не отставали от них и их жёны, княгини и боярыни. Жалели бедную царицу с царевичем.

— Ты смотри что творят. — Возмущался сестрицам поварихой, ткачихой и бабкой Бабарихой, один из князей с седой бородой. Он привел троих внуков, вернее двух внуков и одну внучку. — Да за такое на дыбу нужно. Это как так, царицу оболгать и в бочку её. Царское слово подменили, ироды."

"— Пётр, дай послушать! — Попыталась утихомирить мужа княгиня, сидевшая рядом с ним.

— А что, я не правду сказал? — Князь возмущённо посмотрел на супругу.

— Правильно князь, Пётр Александрович. — Кивнул в знак согласия с ним Великий Князь Московский Василий, держа на коленях свою дочь.

Особенное оживление среди бояр вызвал эпизод с белкой.

С ободренною душой

Князь пошел себе домой;

Лишь ступил на двор широкий —

Что ж? Под елкою высокой,

Видит, белочка при всех

Золотой грызет орех,

Изумрудец вынимает,

А скорлупку собирает,

Кучки равные кладет

И с присвисточкой поет

При честном при всем народе:

Во саду ли, в огороде.

Изумился князь Гвидон.

Рассказывала я. Гвидона играл Божен. В роли белки играло чучело этого грызуна. Сидела она в деревянном домике. Конечно, скорлупки были из не настоящего золота, как и ядра не из изумруда, но покрашенные под них.

— Эх, где бы ель такую взять, да белку учёную, что такие орехи грызёт. — Посетовал один из бояр. Ему в ответ засмеялись.

— Действительно, где такую ель с белкой взять? — Усмехнулся Государь. — Это какой прибыток казне бы был⁈

Роль лебедя сначала исполняла пошитая из тканей и набитая соломой игрушка в виде птицы, которую таскала Фрося.

А вот потом… Когда ткачиха с поварихой и сватьей Бабарихой стали смеяться над богатырями, что из вод выходят в дозор и берегут остров князя Гвидона. Многие из бояр и боярин не выдержали.

— Это что такое? Какие язвы, ты посмотри. Всё им не так. — Возмущались бояре. — Языки им поганые отрезать.

Девушки даже поначалу сбились с текста. Я подняла руку, останавливая представление.

— Бояре, прошу, тише. Дети слушают. Не забывайте, это сказка.