Александра. Большая игра. (книга вторая)
Порфирородная Цесаревна Трапезунда, Византии и Рима, Порфирогенита Александра. Королева Ливонии и Великая Княгиня Московская. Из старинной имперской династии Комниных Великих. Потомок легендарных Нибелунгов. Возлюбленная супруга Великого Князя Московского Василия Третьего. Мать наследника Московского престола. В прошлой жизни, студентка военно-медицинской академии Вознесенская Александра Вячеславовна, она же член сборной России олимпийского резерва по стрельбе из лука. Попав в начало 16 века неведомым путем она и её подруга Елена начали ломать историю, выстраивать её под себя, где-то мягко, а где-то жёстко, даже кроваво. Александра начала большую европейскую игру. И в этой игре ставка больше, чем жизнь.
Её основал апостол Фома, в 5561 году от Сотворения мира. — Я моментально посчитала. 52 год от Рождества Христова. Спустя всего 19 лет после смерти Христа. Не слабо!
— И где находится его престол?
— В Коттаяме. Это Западная Индия.
— Ууу. Печально… Хотя… С заделом на будущее… Даже не плохо.
— Ты о чём, Александра? — Митрополит вопросительно посмотрел на меня. Я ему невинно улыбнулась.
— Да не о чём, Владыко. Ладно оставим Индию пока в покое. А ещё какие?
— Абиссинитская Православная Церковь. Но она находится в зависимости от коптской.
— Абиссиния, это Эфиопия?
— Да.
— Ну вот. Владыко, а ты относишься к коптам с таким… Ээээ, пренебрежением что ли!
— Александра!
— Что, Александра, Владыко! Ты посмотри, какое это не паханное поле для православия! Вы общаетесь между собой?
— Нет. У нас нет евхаристического общения.
— Плохо, Владыко.
— Что значит плохо? Не зарывайся, Александра, Царица Ливонская и Возлюбленная Дщерь Наша. Не тебе судить о догматах Церкви. На это есть высшие иерархи.
— А я не сужу о них, Владыко. И не собираюсь участвовать в спорах о догматах церкви. Это не моя епархия.
— Вот то-то."
"— Я за общение Русской Православной Церкви с древними Восточными Православными Церквями.
Я встала и прошлась по комнате. Как же я раньше об этом не подумала? Дура. Пусть хоть кто-то из них будет присутствовать при этом, и тогда я утру нос Вселенскому Патриарху. Присутствие хоть кого-то из Древних Восточных Церквей, просто присутствие, это очень мощный сигнал и символизм.
— Саша, успокойся.

















