Алета

На мои робкие попытки высказать пожелания о том, какое бы платье и туфли я хотела, мне вежливо было сказано заткнуться и не лезть со своими советами к великим мастерам. И они, мол, лучше знают, какой наряд должен быть у принцессы. Потом меня долго вертел и щупал мои руки ювелир. Вероятно, для обручальных колец. Кстати, интересно, а мне надо будет два кольца на один палец надеть или на каждую руку по кольцу? Хотя у аэрлингов, наверное, как и у эльфов, обручальных колец не бывает…

Альф к этому времени уже так озверел от всего этого хаоса, что пару раз попытался куснуть за зад особенно надоедливых слуг.

Я пожалела его и отправила с сопровождающим на кухню, заверив, что справлюсь сама, и пусть он лучше подкрепится за нас обоих. Монимонт радостно ускакал, благодарно лизнув меня на прощанье в нос. Потом прибежал взмыленный и ощутимо потоптанный конюх и слезно умолял проследовать на конюшню, «поговорить» с моим пегасом. Конюх просил меня объяснить черному демону, что никто не собирается его обижать и что его всего лишь хотят почистить, помыть и привести в порядок, чтобы мне на нем завтра ехать в храм. Кроме того, нужно сменить обычное седло на подобающее положению, украшенное и богатое. В конюшне я успокоила Хаммера, рассказав, что у нас завтра свадьба, чтоб ее, и не только ему мучиться и прихорашиваться, что мне еще хуже, да и Альфу достанется. Хаммер выслушал, пофыркал и разрешил конюхам заняться собой."

"А меня снова утянули во дворец и засунули в купальни. Там две тетки меня мыли, скоблили, мяли, мазали какими-то вонючими маслами и накладывали горячие маски, смывали, снова скоблили, снова мазали, творили что-то невообразимое с моими волосами, промыли их, наверное, раз двадцать, каждый раз обмазывая новой вонючей дрянью.

Короче, это был мой персональный горячий ад. Потом прибежал Альф. Заметив его, тетки переглянулись, и теперь в персональном аду оказался уже бедный монимонт. Он, правда, попытался сбежать, но мне пришлось попросить его остаться. И теперь бедолагу тоже намывали разными шампунями и бальзамами.

К вечеру я уже на ногах не стояла от усталости, когда наконец нас отпустили и проводили в отведенную для ночлега комнату. Туда же нам с Альфом принесли ужин. Я ужасно умаялась за этот бесконечный сумасшедший день и думала, что усну сразу же, как коснусь головой подушки.

Но сон не шел, я ворочалась в своей чудовищных размеров постели, больше похожей на полигон для… гм… для всякого интересного, а в моей голове ворочались мысли.

Я в сотый раз перегоняла перед глазами все, что сегодня произошло. Мое внезапное изменение в социальном положении. Ломала голову, зачем бы это вдруг понадобилось королеве. Ведь у нее есть уже дочь, и для чего ей сдалась я в качестве пусть ненаследной, но принцессы, мне было неясно.