Александра (СИ)

Усадьба встретила хозяина какой-то неживой тишиной. Резко втянув воздух, Глеб пораженно замер. Не может быть. Он взбежал по ступеням дома, и, оттолкнув кинувшуюся к нему заплаканную Татьяну, влетел в комнату Саши. Пусто. Нет ни ее, ни детей. Лишь новые вещи, которые он купил своей паре, висят в шкафу безжизненными тряпками. Ничего не взяла.

— Где она? — прорычал Оборский, поворачиваясь к медсестре.

Та склонилась перед силой альфы и испуганно сжалась.

— Таня, где Александра? — повторил свой вопрос Глеб.

— Уехала, — заплакала женщина.

— Когда? — на мужчину страшно было смотреть — клыки удлинились, зрачки вытянулись, сквозь кожу ощутимо пробивался зверь.

— Три дня назад, — всхлипнула Татьяна."

"— Почему мне не сообщили?

— Так никто не знал, что делать. И Игорь пропал. Как повез ее в клинику, так больше и не появлялся. И она не вернулась.

— А Тошка где?

— Так нету, — плакала женщина, — Саша его с собой забрала. А Анфиска третий день от еды отказывается. Тоскует…

«Проклятье! Значит, все-таки, ушла…»

Оборский не удержался — костюм от Бриони разлетелся в клочья, и на месте красавца-плейбоя замер огромный черный волк.

Он зло сверкнул ярко-желтыми глазами и выскочил из комнаты. Татьяна без сил опустилась на пол. Для нее все это было слишком. Пропажа Александры, растерянность, царящая в доме неразбериха и суета… Все понимали, что им грозит, когда альфа узнает, что его пара сбежала. Оборотни до последнего надеялись, что все обойдется, что Саша с Игорем просто где-то задержались. Но, когда наступила ночь, а они так и не появились, и дозвониться до них не смогли, тут-то и началась паника. Под утро приехал Нелидов. Он выслушал сбивчивый рассказ охранников и молча ушел в свою комнату. А через час, позвал к себе Николая, оставшегося за старшего в отсутствие Игоря, допросил его и приказал успокоить всех и ничего не предпринимать. Дескать, приедет Оборский, он и решит, что делать. Все волновались, страшась гнева альфы, и лишь один человек удовлетворенно наблюдал за происходящим, скрывая блеск темно-карих глаз.

* * *Шум ветра в ушах, теплая, влажная земля пружинит под лапами, острые запахи леса окружают со всех сторон… Волк, не разбирая дороги, бежит на юг. Туда, куда влечет его ставшее одиноким сердце.

Ушла. Бросила. Забрала детей. Каждое слово отдается внутри осколками боли — ее ненависть и обида не иссякли, заставили решиться на безумие. Девочка, глупая, маленькая девочка…Что же ты натворила?

Лишь спустя несколько часов, Оборский смог подчинить своего зверя и вернуться обратно.

В кабинете особняка раздался властный и холодный голос:

— Алекс, мне нужны все данные на Сашу. Делай что хочешь, но, через час, я должен знать о ней все — с самого рождения и до сего дня, а не те обрывки, что собраны в досье.