Александра (СИ)

Думаю, мы потянем, — ответил поляк, — нужно обговорить некоторые детали и можно будет подписывать документы.

— Хорошо, после обеда поедем в офис и все решим, — согласился Глеб.

После завтрака, некоторые гости попрощались с хозяевами и уехали, а Оборский занялся делами.

Визит тестя оставил много вопросов, и Глебу было над чем подумать. А Саша, постаравшись избавиться от неприятных впечатлений после утреннего разговора с отцом, весь день провела с детьми и, к вечеру, сумела успокоиться и отрезать воспоминания прошлого.

* * *В доме звучала музыка. Яркие огни люстры освещали большую парадную залу.

Нынче здесь было людно. Звуки скрипок смешивались с французской и английской речью, стайки девушек в светлых, воздушных нарядах, порхали по натертому дорогому паркету, блеск эполетов отражался в оконных стеклах, а, вдоль стен, сидели пожилые дамы и перемывали косточки легкомысленной молодежи. Саша, незаметной тенью, скользила по комнате, с любопытством разглядывая окружающих.

— Надин, вы бесподобны сегодня, — услышала она знакомый голос и оглянулась на его обладателя.

Копия ее мужа, только лет на десять моложе, галантно целовала ручку миловидной темноволосой девушке и многозначительно ласкала брюнетку жарким взглядом.

— Ой, перестаньте, Глеб Александрович, вы меня смущаете, — вспыхнула красавица.

— Ах, Наденька, вы так мило краснеете, что просто вынуждаете осыпать вас комплиментами, — искушающе шепнул молодой человек, — где я могу с вами увидеться? — наклонившись ближе, тихо спросил он.

— Но, маменька, она… — пролепетала барышня.

— Полно, Наденька, ваша маменька не узнает. Итак — где и когда? Скажите, умоляю.

— Ну, хорошо, после полуночи, в нашем саду.

— Я буду, — коротко поклонился ее собеседник и, поцеловав дрожащую ручку покрасневшей брюнетки, пошел от нее прочь.

Саша наблюдала, как двойник ее мужа все дальше удаляется от испуганно-счастливой девушки и внутри у нее разливалось яростное чувство ревности. Если ее

Глеб когда-либо позволит себе подобное… Нет, страшно даже представить, что такое возможно…

Легкая, воздушная мелодия вальса плыла над кружащимися парами, улетая все выше, скользя в раскрытые окна и темную тишину липовой аллеи, и Саша устремилась вслед за ней.

Звуки растворялись, таяли, исчезали… дом отодвигался все дальше… рывок… и девушка проснулась. Под ее щекой мерно билось сердце Глеба, мягкая поросль на его груди ровно поднималась и опадала, вместе с двигающейся, в такт дыханию, грудной клеткой, в кроватках напротив мирно посапывали дети. Приснилось…

* * *— Саша…

— Да…

— Не притворяйся…

— Я сплю…

— Ну, ладно, спи…

— Глеб…

— Тшш… тебе это снится…

— Ну, Глеб…

— Ммм…какая сладкая…

Протяжный стон нарушил тишину спальни.