Альфа-самка

Отшатнувшись, парень сделал шаг назад. Дверь начала медленно отворяться.

– Я пригласил твоих учениц, чтобы ты мог провести ещё один урок.

Царь, если и услышал Дзержинского, вряд ли осознал, что было сказано. Не отрывая взгляда от Лизы, он отступал назад – так же медленно, как та входила внутрь. За ней виднелись другие фигуры.

В руку Царя впились цепкие коготки Светы. Девушка, выйдя из ступора, инстинктивно искала защиты у самого сильного среди них. Подскочившую Полину встретил Светин удар кулаком в лицо.

Шаг, другой.

– Саша, стой! – Света повисла на руке, засучила ногами.

 – Туда нельзя!

Глаза Царя не отрывались от Лизы. Ученица уже вошла в залу и встала рядом с дверью. В проёме показалась Таня.

Шаг, другой.

– Саша!

По левой щеке Царя разлился огонь от увесистой пощёчины. Парень, вздрогнув, остановился.

– Туда нельзя! – снова заверещала Света. – Ты забыл?

Он обернулся. Прямо за его плечом возле порога плескалась тьма. Густая, плотная, она казалась живой и… голодной. Царь перевёл взгляд на оживший ночной кошмар: Лизу и других учениц. Четырнадцать мертвых девушек стояли недвижно, обратив к нему свои безглазые лица.

Марину, первую из них, можно было узнать только по жидкому пучку крашеных волос – ярко-рыжих, с зелёными нитями, чудом сохранившихся на голом черепе. Собственно, пару лет назад как раз из-за них он обратил на неё внимание.

Дверь скрипнула. Через порог переступил ещё один мертвец, на этот раз – мужского пола.

Из-за спины донёсся уже знакомый шелестящий шёпот тьмы.

– Саш, пойдём! – заныла Света. – Давай за стол сядем, а? Ну, давай.

Он позволил отвести себя к столу и усадить на стул. Света тут же плюхнулась рядом.

– Здесь вас не тронут, я уже пообещал вам это, – в поле зрения появился Дзержинский.

Губы главного чекиста изогнулись в улыбке. – Но вы, если хотите, можете попробовать выйти.

– Саш, кто это? – Юрец, отодвинувшись от учениц, бочком, чтобы не терять их из виду, подошёл к другу.

– Какой ещё Дзержинский? Слышь, Царь? Что это за клоун?

Царь тряхнул головой, чтобы избавиться от эха.

– Это то, что волнует вас сейчас больше всего, товарищ? Что ж, считайте меня крупье, и покончим на этом. – Дзержинский опёрся кончиками пальцев на столешницу, оглядел ребят."

"Из тьмы, колыхавшейся в коридоре, опять донеслось шарканье.

На слабый свет свечей один за другим выходили новые гости. Одни обгоревшие, другие с остатками подтяжек на шее и вывалившимися языками… пришли и такие, по которым нельзя было однозначно сказать, от чего они умерли. Кто-то щеголял хорошо сохранившимся костюмом прошлых десятилетий, а рядом стояли мертвецы, на которых ещё болтались остатки современной одежды. Судя по звукам, доносившимся из коридора, всем места в казино не хватило.

Царь продолжал смотреть на учениц.