Дикая война

Так оно и мне спокойнее, и тебе лучше будет, — подсказала Глафира, поглядывая на него с каким-то затаённым интересом.

— Мама Глаша, ты чего опять задумала? — внимательно посмотрев на неё, осторожно поинтересовался Мишка.

За прошедшее время он успел уже как следует изучить тётку, чтобы научиться понимать её маленькие хитрости. Вот и сейчас она опять что-то придумала. Сообразив, что попалась, Глафира смущённо улыбнулась и, вздохнув, потупилась.

— Мама Глаша, рассказывай, — нажав голосом, потребовал Мишка, моментально насторожившись.

— Да тут дело такое, сынок, сговорить тебя хотят, — смущённо пробормотала женщина.

— Не понял. Куда сговорить? Зачем? — растерялся Мишка.

— Так женить, значит, чтобы, — развела Глафира руками.

— Да ты сдурела, мать?! — взвыл Мишка не своим голосом. — Куда мне жениться? Ни кола ни двора! Импотент без прописки…

— Чего?

— Забудь! — отмахнулся Мишка и, вскочив, принялся расхаживать по избе. — Ты ничего умнее не придумала, как женить меня? Нашла время.

— Так пора бы уже, Мишенька, — пролепетала Глафира, явно испуганная его реакцией.

— Куда пора?! Мама Глаша, да мне даже семнадцати нет. Ну какой из меня муж?

— Так ведь тут не в годах дело-то, сынок. Ты не годами, ты умом для своей семьи созрел, — выдала женщина, и Мишка, не удержавшись, от всей души грохнул кулаком в стену так, что с потолка извёстка посыпалась.

— Каким умом, мама Глаша?! Да я домой возвращаюсь только потому, что в тайге летом делать нечего. Скучно мне в посёлке. А ты мне хомут на шею навесить хочешь, — проворчал Мишка, беря себя в руки и успокаиваясь. — Нет. Не нужно мне пока этого. Рано.

— Ох, Мишенька, — скукожившись, вздохнула Глафира. — Я уж и не знаю, как мне дальше быть.

— Ты о чём, мама Глаша? — не понял парень.

— Так ведь уйдёшь. В тайгу уйдёшь. Сам сказал, скучно тебе тут. Уйдёшь ты, а мне что делать тогда? Как быть? А так бы семью завёл, детишек народил, я бы внуков нянчила, — всхлипнула женщина.

— Господи, кто про что, а вшивый про баню, — схватился Миша за голову, не зная, плакать или смеяться. — Мама Глаша, ну куда я от тебя денусь? Я ж сюда только ради тебя и возвращаюсь. Уймись. Не до женитьбы сейчас.

— Ты опять про войну ту клятую? — с укоризной вздохнула женщина.

— А сама как думаешь? — посуровел парень. — Или забыла уже, за кем мне охотиться пришлось. А ведь это не просто бандиты.

— А кто ж?

— Наёмники. Понимаешь, мама Глаша, этих людей сюда специально отправили.

— Зачем?

— А затем, чтобы людей разозлить. Испугать. В общем, сделать так, чтобы народ или ушёл отсюда, или против власти взбунтовался. Как бы ни вышло, им всё на руку. А под эту марку можно свои шкурные интересы соблюсти.

— Это откуда ж у тебя такие мысли?

— Думать умею, — вяло огрызнулся парень.