Анестезия

Чувствовать близость Саши, ощущать тепло его тела, особенно после того, что именно успела передумать за последние пару дней, было чем-то запредельным.

– Саш… что ты делаешь? – выдохнула она, пытаясь подняться, но руки Зубарева удержали её на месте.

– Я хочу встать на ноги.

– Что?

– Теперь точно решил. Ради тебя, ради Глаши… ради нас с тобой…

Настя помотала головой. О чём он вообще сейчас? Что под этим подразумевает?

– Что ты имеешь ввиду?

– Что хочу с тобой быть. С вами. Если только и тебе это нужно. И на ноги встать хочу, потому что полноценный человек рядом должен быть.

Это было таким неожиданным, что Настя не представляла, что именно должна говорить в ответ. Но чувствовала – ей не стоит слишком поспешно принимать решение. Впрочем, это ощущение быстро исчезло, когда Зубарев положил ладони на её талию и привлёк к себе ещё ближе, после чего попросил:

– Поехали ко мне… только вдвоём. Прямо сейчас. Пожалуйста.

Настя пыталась совладать с эмоциями, но получалось откровенно плохо. Потому что Зубарев вдруг стал совершенно незнакомым. Нет, она, конечно, узнавала его черты. В том, как он смотрел на неё, как едва коснулся руки, когда они сидели в машине. И в то же время это был совершенно другой Саша. Будто смущался, но очень старался этого не показывать."

"Наверное, она его понимала, чувствовала, почему всё именно так. И знала, за чем именно он позвал её к себе. Ведь уже давно не была глупой и наивной девочкой. Настя могла отказаться, сказать, что не хочет того, что непременно должно было между ними произойти, но она не желала этого делать. Уже чувствовала то, что вдыхало в неё совершенно новые оттенки эмоций. Рождало абсолютно непохожие ни на что желания и чувства.

– Подождёшь минут десять? Мы быстро, – тихо проговорил Зубарев, когда дверь дома закрылась за ними и Власом.

– Да, конечно, – кивнула она, вкладывая в голос всю уверенность в том, что поступает верно.

– Тогда сейчас.

Она проводила взглядом Сашу и Власа, кашлянула, потому что в горле пересохло, направилась в гостиную. Там присела на самый краешек дивана и сложила руки на коленях. В мыслях, как на репите, прокручивался разговор с Зубаревым. Его слова и объяснения, всё то, что он ей сказал совсем недавно. Еще пару недель назад сказанное не вызвало бы у неё и сотой доли того, что родилось в душе сейчас. А теперь будто вернулась назад, в их общее короткое прошлое, которое сейчас снова окружило со всех сторон и стало важным, только теперь приобрело иные черты.

– Насть! – позвал её Влас, когда она настолько глубоко погрузилась в мысли, что уже не понимала, где реальность, а где – воспоминания.

– Да? – Она поднялась с дивана, сжала и разжала пальцы.