Анестезия

– Большая часть покупок Глаше явно не пригодится! – пыталась воззвать к разуму Зубарева Настя, на что тот лишь отмахивался.

Вечером Аглая устроила целое представление, бесконечно сменяя блузки и дефилируя перед ними. И Насте только и оставалось, что качать головой, мысленно смирившись с такой растратой.

Между ней и Сашей установились такие отношения, в которые она даже боялась верить. Нет, тот Зубарев, которого она знала годы назад, остался в прошлом, но Настя была этому только рада. Потому что сейчас рядом был совсем другой мужчина, и она постепенно начинала ему доверять. Он был внимательным и чутким, и каждым своим действием и словом давал понять, что она очень важна для него. Порой, правда, мелькали мысли – что было бы, не окажись Зубарев в инвалидном кресле? Была бы ему точно так же нужна Настя? Она старалась гнать их от себя, потому что смысла размышлять об этом не было. Всё шло так, как шло, а примерять какие-то ситуации, которые уже не сбылись, было глупым.

– Насть, привет! – послышался в трубке голос Власа, когда она подошла к телефону.

Этот день проводили порознь – Настя и Глаша у себя дома, Влас с Зубаревым – у себя.

– Что-то с Сашей? – мгновенно насторожилась она, слыша, как в висках застучало сердце.

– Нет. Точнее, речь пойдёт о нём, но с ним всё в порядке.

– Тогда в чём дело?

– Встретиться со мной сможешь? Это ненадолго. Просто нетелефонный разговор. Да и не хочу, чтобы Саша о чём-то знал.

Настя сделала глубокий вдох и посмотрела на играющую в куклы Глашу.

– Смогу минут на двадцать. Устроит?

– Устроит. Сейчас к Саше мать приедет и я к тебе смотаюсь. Позвоню.

Он отключил связь прежде, чем Настя успела засыпать его новыми вопросами. Странно всё это было. Какие-то тайны, интриги, расследования…

Она улыбнулась дочери, которая оторвалась от своей игры и посмотрела на неё вопросительно, и, решив, что гадать смысла нет, пошла на кухню мыть посуду.

Влас приехал к ней минут через тридцать. Настя спустилась к нему с отчаянно колотившимся сердцем, уже предвидя какие-то нехорошие новости.

– Всё в порядке, – усмехнулся он сразу, видимо, поняв по её лицу, насколько она встревожена. – Сядешь? – Он кивнул на скамейку возле подъезда.

– Ага, – кивнула она и устроилась на скамье. – Давай уже выкладывай, что там у тебя.

Влас присел рядом и прищурился, глядя на Настю, у которой возникло ощущение, что он мысленно прикидывает, говорить с ней о том, о чём хотел, или нет.

– Ты знаешь, что у Саши шансов восстановиться не очень много?

– Знаю, – кивнула она. – И что?

– До твоего появления у него даже мыслей не было о том, что он снова хочет ходить. Я не знаю, что это было. Даже копаться в этом не хочу, потому что Зубарев же упёртый.