Антология советского детектива-27. Компиляция. Книги 1-18
Настоящий том содержит в себе произведения разных авторов посвящённые работе органов госбезопасности, разведки и милиции СССР в разное время исторической действительности.Содержание:1. Сергей Волгин: Лейтенант милиции Вязов. Книга первая 2. Сергей Волгин: Лейтенант милиции Вязов. Книга вторая 3. Сергей Волгин: Лейтенант милиции Вязов. Книга третья. Остриё 4. Ярослав Васильевич Карпович: Именем закона. Сборник № 1 5. Борис Антонович Руденко: Именем закона. Сборник № 2 6. Борис Яковлевич Мегрели: Именем закона. Сборник № 3 7. Захар Бюзил оглы Абрамов: Приговор 8. Иван Иванович Василенко: Конец фирмы Беняева [Записки следователя] 9. Юрий Павлович Вигорь: Сомнительная версия (Повести и рассказы) 10. Юрий Яковлевич Иваниченко: Мертвые молчат 11. Сергей Николаевич Плеханов: Дорога на Урман 12. Лев Самойлович Самойлов: Прочитанные следы 13. Лев Самойлович Самойлов: Выстрел в переулке 14. Лев Самойлович Самойлов: Игра с тенью 15. Лев Самойлович Самойлов: Таинственный пассажир 16. Борис Петрович Скорбин: Паутина 17. Евгений Александрович Филимонов: Муравьиный лев 18. Александр Царинский: Алмазная пыльца
…Деркача Вадик «раскручивал» особенно старательно — и не стремился привлекать милицию. Тем более, что в Узеньской прокуратуре служил его ровесник и однокашник Денис Комаров, парень вроде бы надежный и исполнительный."
"Деркач попался на глаза едва ли не в первый день. Жора был в числе трех верзил, которые во время негласной Вадиковой слежки перепугали, оскорбили и обобрали девчонку-портнишку. Девчонка привезла на толкучку десяток хорошеньких платьичек, скоро и недорого расторговалась и, кажется, просто не приняла всерьез требование рэкетиров. А верзилы затащили ее в пустой павильон, облапали, забрали деньги и пообещали в следующий раз прокачать через групповик, если будет капризничать с уплатой налога.
Многое в Узени лежало на поверхности. Стоило пару часов покрутиться на ярмарке, чтобы свежим взглядом кое-что разглядеть. Например, заметил Вадик, пользуясь своей временной, тогдашней анонимностью в Узени, подкрепленной обыденностью одежды (джинсуха, футболка с «самопальной» лейблой, старые «кроссы»), — как заученно выплачивают «подать» аккуратные бабули, торгующие сивухой в закатанных литровых банках со свежими наклейками «Сок березово-яблочный», как работают и как рассчитываются с громилами шустрые «наперсточники»; как снимают клиентов дневные шлюхи и обслуживают их в дальней комнатке сапожного павильона.
А когда, на второй или третий раз, присмотрелся повнимательней, то разглядел, что фурнитура в двух ларьках и у трех частников не слишком соответствует привычным представлениям о кустарных изделиях. Во всяком случае, представлениям о наших кустарных изделиях, поскольку вроде бы еще нет информации о широкой продаже в личное пользование, например, термопласт-автоматов, высадочных машин, гальванических ванн и установок для вакуумного напыления.
А рэкетиры, кстати, фурнитурщиков обходили — более того, прикрывали, а «налог» — не выкачивали.
Знакомства с личным делом и потом лично с гражданином Деркачом хватило, чтобы увериться: Жора если еще не стал, то непременно станет «командиром», «крестным отцом» Узеньского масштаба.
— Деркача в самом деле рано было арестовывать?
— Так считал, — пожал плечами Вадик, не отрывая взгляд от дороги. А потом, после паузы, добавил: — Что, в камере не могли шлепнуть?
— Так хоть бы его одного…
На первых порах дела следствие шло отлично.














