Антология советского детектива-27. Компиляция. Книги 1-18

Он на секунду закрыл глаза, и перед ним встала уже ушедшая в прошлое фронтовая картина: где-то далеко ухают орудия; он с разведчиками идет через густой и темный Черенцовский лес; немецкий радист Грубер дает показания; труп убитого парашютиста; спасение лейтенанта Строевой в избе «колхозника» Будника…

— Прав был полковник Родин, — сказал Васильев, будто стряхивая с себя оцепенение. — Ниточка!…

— Недорубленный лес вырастает! Эта истина нам знакома издавна. — Дымов улыбнулся и потянулся за папиросой. — Теперь можно и покурить.

Васильев встал со стула и стукнул кулаком по столу.

— Будь они трижды прокляты! — неожиданно зло сказал он. — Мне больше нравится заниматься геологической разведкой. Но, если придется, стану опять войсковым разведчиком. Эх и злость во мне кипит!

Дымов с улыбкой посмотрел на друга.

— Злость, говоришь? Не знаю, то ли слово ты подобрал но смысл понятен. Чем больше любишь свою страну, свою Родину, тем больше ненависти испытываешь к ее врагам, ко всем, кто открыто или тайно мешает нам жить своей жизнью.

Он сделал паузу, затянулся папиросным дымом и добавил мягко, мечтательно:

— Хотелось бы на старости лет заняться чем-нибудь таким…

— Выращивать цветы? — подсказала Нина Викторовна.

— Ну что ж, не откажусь, пожалуй… А пока — нет. Мне еще рано на покой. Я еще поработаю.

Эпилог

В эти дни так и не удалось закончить решение кроссворда. Оставалось всего несколько пустых клеток. Нужно было найти какое-то замысловатое слово, которое, как назло, затерялось где-то в глубинах памяти. Сергей Сергеевич решил, что кроссвордом он займется в пути и до Москвы обязательно найдет это слово. Зато ему удалось вчера вместе с Васильевыми осмотреть спасательную станцию, на которой, как капитан на корабле, постоянно находился Алексей, выкупаться в море и даже полежать на пляже под горячим южным солнцем.

Все дела были сделаны: последний визит к академику Рудницкому с подробной информацией о поимке диверсанта и с просьбой представить к награде Бабина и Семушкина; долгий разговор с Ширшовым; дружеская беседа с Рощиным. Цверг и Борзов под надежной охраной уже отправлены в Москву. Почему же не позволить себе накануне отлета этот маленький отдых? Когда-то еще придется поехать в отпуск!

Да, все дела здесь, в Мореходном, сделаны.

— Все в порядке, — сказал академик. Выглядел он веселым, оживленным, на чисто выбритом лице светилась довольная улыбка. В морской форме, с погонами вице-адмирала-инженера он казался моложе и стройнее. — Скоро мы заканчиваем здесь свою работу. А вы?"

"— Здесь я закончил, — ответил Дымов, — но вообще-то до конца далеко.