Антология советского детектива-27. Компиляция. Книги 1-18

Они прыгали вниз головой с крутого берега, чуть проплывали, а потом пробками выскакивали на берег, посиневшие, но несказанно довольные. И вот -надо же!-Надя принялась стаскивать с себя платье и, не слушая моих увещевании, со смехом побежала к воде, с разбега плюхнулась и поплыла, озорно крича ребятишкам: «Эй, эй!» А те обрадовались, замахали руками, что-то закричали, запрыгали от восторга. Я рассердился, тоже разделся. Я плыл за Надей, боясь, что в холодной воде ей сделается плохо. Откровенно говоря, я здорово разозлился. Вот тебе и тихая! Плохо знаю я свою жену, плохо.

На берег мы вылезли почти одновременно, редкие посетители парка поглядывали на нас с опаской - не сумасшедшие ли! Не дав Наде передохнуть, я заставил ее бежать к тому месту, где мы оставили одежду. И все же ледяная вода сделала свое дело. Надюша заболела -это плата за баловство.

ОТ АВТОРА

Хотя было прохладно, Пашка лежал прямо на траве, за кустарником, в парке. Смеркалось. Пашка был сыт, перед обедом выпил две кружки пива, и хорошее настроение выражалось у него в беспричинной улыбке. Лежал он вверх лицом и пускал колечками дым.

Отдыхающих в парке было немного; сумерки сгущались медленно, и тени под деревьями казались Пашке таинственными. Он представил себя в непролазных джунглях, затем очутился в звездолете, в космосе …

К кустарнику подошли парень с девушкой и сели на скамейку. Сели они тихо и долго молчали. Наконец девушка сказала:

- А ты, Костя, знаешь частушку: «Он молчит и я молчу…»?

- Шути, шути. Издевайся. Я смирный … - отозвался баском паренек. Пашка прислушался.

- Смирненький, слабенький … - продолжала протяжно и тоненько девушка.

- Одним словом, паи-мальчик, образцово-показательный …

- Вера! Ты сегодня грызешь меня с самого утра. Неужели не надоело? Если бы я смогла, я бы тебя грызла целые сутки напролет.

А ты не подумала о том, что я могу рассердиться?

Я только этого и хочу. Ты сердитый, знаешь, какой интересный?

Лицо пышет жаром, глаза - электрические лампы, брови торчком. Того и гляди, вспыхнешь и сгоришь.

Пашка приподнялся на локте, чтобы лучше слышать разговор.

- Верунька, да хватит же тебе … - взмолился Костя.- Ну, не могу я на тебя сердиться, понимаешь? Давай лучше стихи читать.

- Давай,- неожиданно согласилась Вера. И Костя начал:

Я хочу быть тихим и строгим.Я молчанью у звезд учусь.Хорошо ивняком при дорогеСторожить задремавшую Русь.Хорошо в эту лунную осеньБродить по траве одномуИ сбирать на дороге колосьяВ обнищалую душу- суму.Но равнинная синь не лечит.Песни, песни, иль вас не стряхнуть? ..Золотистой метелкой вечерРасчищает мой ровный путь.Стихи Костя прочитал тихо и задушевно. Пашка не знал, что это стихи Сергея Есенина.