Антология советского детектива-27. Компиляция. Книги 1-18

Паркет в прихожей ослепительно блестел. На стенах — маленькие веселые картинки с видами Москвы. Медные украшения дверцы стенного шкафа ослепительно сияли в полумраке.

Игорь снял ботинки.

— Стоп, — сказал Женя. — Что ты видишь?

— Ничего, — сознался Игорь.

— Видишь тапочки?

У стенного шкафа стояли четыре пары тапочек.

— Да.

— Как они стоят?

— Нормально.

— Когда я вчера подошел к двери, то поймал себя на мысли, что меня что-то раздражает. Я оглянулся и увидел эти тапочки, они были свалены в угол. Я поставил их вдоль стены, ровно. А теперь они опять свалены.

Игорь внимательно посмотрел на Женю и сказал, сдерживая улыбку:

— Показывай, что еще.

Они вошли в комнату. Женя молча указал на пепельницу, потом на зажигалку, потом достал из пепельницы окурок.

— Читай.

Игорь поднес окурок к глазам.

— «Кент».

— Я отродясь не курил таких сигарет.

— Ты проверил, у тебя ничего не пропало?

— Ничего.

— Странно. Знаешь, если это опять повторится, немедленно заяви в отделение милиции.

— Зачем?

— Заяви. Так лучше будет. И вообще сходил бы ты к врачу, Женька, а?

— Ну зачем ты так, Игорь… — Звонков устало опустился в кресло.

* * *Кафтанов стоял у окна в своем кабинете и читал какую-то бумагу.

Запел зуммер селектора.

Кафтанов подошел, нажал кнопку.

— Да.

— Андрей Петрович, — сказала секретарша, — к вам полковник Зотов, из инспекции по личному составу.

— Приглашай.

Полковник Зотов высокий, чуть сутулый, в форме внутренней службы не вошел, а словно просочился в дверную щель.

— Здравия желаю, Андрей Петрович.

— Здравствуйте, Семен Ильич.

— Присаживайтесь.

Зотов сел, вздохнул, положил на стол папку.

— Что это?

— Материалы на Корнеева.

— Что?!

— Поступило заявление, что Корнеев вымогал взятку…

— Я это знаю, от некоего Тохадзе, — перебил Зотова Кафтанов.

"— То-то и оно, но Тохадзе передал нам телеграмму Корнеева и фотографии, где они вместе сидят в ресторане.

— Это еще что такое?

— Да вот, — Зотов неспешно раскрыл папку, вздохнул и положил перед Кафтановым телеграмму.

Кафтанов взял бланк, быстро пробежал глазами, потом поглядел на фотографию.

— Ничего не понимаю.

— А тут и понимать нечего, — вздохнул Зотов, — здесь, Андрей Петрович, два варианта. Первый — оговор, второй — попытка вымогательства.

— Но зачем оговаривать Корнеева? Кому он мешает?

— Андрей Петрович, я Корнеева тоже знаю. При моей службе о человеке только плохое собирать надо. Так у меня на Корнеева кроме неподтвердившихся анонимок, ничего нет.

— Семен Ильич, вы могли бы эти бумаги оставить у меня?

— Если с моим руководством договоритесь.

— Договорюсь.

— Тогда я вам эти бумаги занесу.

* * *Слава Голубев свернул в переулок и опять увидел темно-синие «Жигули», стоящие у церкви.

Гена заметил его и открыл дверь.