Анжелика

— Мартин? Это ты? Рад тебя видеть, старый друг! … Наверное, у меня неточная информация, но я ищу дом лорда Мартиниса Фальке…

— Вы пришли по адресу, милорд… Уже два года как меня так величают… Аккурат как умер мой брат, так титул этот, безземельный, ко мне и перекочевал… Но что же в дверях стоим? Пойдемте в комнату, сейчас кликну кухарку, чтобы сообразила перекусить…

Потом увидел Барила, связывающего Марису, предварительно заткнув ей рот своим платком и приподняв бровь поинтересовался:

— А чем, смею спросить, вам не угодила служанка моей жены?

— Её уже давно разыскивают жандармы… Обворовала меня по-крупному, да и не только… Давай, я тебе все в комнате расскажу…

Мартин бросил безразличный взгляд на Марису и, сделав мне приглашающий жест, первым прошел в одну из комнат на первом этаже, позвонив по пути в колокольчик.

Комната была просторная, но скудно обставленная. Видавшая лучшие дни мебель сиротливо ютилась около одной стены, большой стол, вокруг которого были пять высоких стульев. Потертые гобелены на стенах, вот и вся обстановка.

Я окинул беглым взглядом комнату и расположился за столом, вместе с хозяином дома.

Конечно, я не ожидал, что в роли мужа моей бывшей любовницы окажется мой бывший подчиненный. Он всегда вызывал у меня уважение, мы не раз прикрывали друг другу спины, и я помню, что он был женат и у него был поздний ребенок.

Если я правильно помню, то сейчас Мартину должно было быть коло 50 лет, а его дочке где-то 7.

И что произошло с его семьей, раз он женился на Свирской, да и как теперь ему сказать, что его жена преступница и что я намерен с ней разобраться?

Мартина и так жизнь потрепала… Тяжелая травма ноги, полученная в одном из сражений, после чего он хромает, рана на лице, о которой сейчас напоминает глубокий шрам, рассекающий его щеку… Из-за травмы был вынужден уйти со службы… А тут еще и на такой стерве женился, для которой я намереваюсь добиться казни…

Мартин сидел и вопросительно смотрел на меня все время, пока вызванная им кухарка не расставляла на столе чай и закуски, а я пытался придумать, как начать разговор.

И не придумал ничего лучшего, как признаться во всем на чистоту.