Дважды одаренный. Том IV

Даже я — человек с душой возрастного Императора всея Земли смог расслабиться и провести в удовольствие время. Да чего уж, даже ворчливая баронесса и сдержанная Анна, насладились веселой игрой.

Было даже немного жаль расходиться.

Однако впереди меня ждало гораздо более важное дело, чем игры с друзьями.

Переодевшись в костюм, я спустился на первый этаж и направился на парковку возле МАУД. Там меня уже ждал «УАЗ Путешественник» в цвете «Снежная Королева. Металлик».

Я уселся на заднее сиденье и посмотрел на своего водителя.

— Ты покемарить немного успел? — уточнил я.

— Немного, — хмыкнул Вася. — Но я в порядке, командир. Не могу доверить ваше ценное тело возить каким-то таксистам.

Я усмехнулся и ответил:

— Тогда трогай.

И покосившись на букет красивых хризантем, лежащий подле меня на сиденье, я добавил:

— Спасибо, что заехал за цветами.

— Нравится? — оживился Вася, выруливая с парковки. — Продавщица сказала, эти цветы символизируют здоровье и долголетие. Я подумал, что подходит.

— Правильно подумал, — кивнул я, откинувшись на спинку сиденья.

Глава 26

Больница, частично принадлежащая графскому роду Резановых и их немногочисленным вассалам, располагалась в девятиэтажном здании, построенном на частной территории. Вокруг здания имелись хозяйственные постройки и свой небольшой лесопарк, в котором пациенты могли прогуляться и встретиться с родственниками.

Алиса сказала нам подъезжать к черному ходу и даже скинула пару изображений, куда именно ехать. В ответ на это я прислал ей номера «Путешественника», так что на территорию нас пустили без проверок.

А у черного хода уже маялся Баха в черном костюме и белой рубашке.

— Александр Ярославич, — поклонился он мне. — Рад вас снова видеть. Прошу, пройдемте. Их сиятельства уже ждут вас.

Он открыл передо мной дверь.

— Их? — с надеждой зацепился я за слово.

Баха поджал губы и, прекрасно поняв мой вопрос, ответил в сторону:

— Его сиятельство в себя не приходил. Но я уверен, он будет счастлив, что вы пришли проведать его.

Мы прошли по коридору и остановились возле служебного лифта.

Я тяжело вздохнул. Все-таки чуда не произошло.

— Это вряд ли, — проговорил я.

— Простите? — удивленно уставился на меня Бахтиев.

— Мой вредный дед вряд ли бы обрадовался тому, что я увижу его на больничной койке, — развил я мысль и улыбнулся.

Баха пару секунд переваривал мои слова, а затем улыбнулся в ответ и кивнул:

— Вы как всегда правы. Его сиятельство не хотел бы демонстрировать слабость.

Мы поднялись на девятый этаж, и прошли по коридору до красивых двустворчатых дверей, перед которыми дежурили хмурые ратники Резановых. Узнав меня, они почтительно поклонились, и один из них открыл передо мной дверь.